Blayne Cooper - Мадам Президент

прим. переводчика. Buzz – гудеть, жужжать, говорить bzzzzz – так погоняют рогатый скот

– Точно.

– Ну, тратить впустую даже несколько секунд, когда ты можешь долбить мне мозги – это не похоже на тебя. Так, что же это за жуткая вещь, которую ты хочешь узнать?

Широкая усмешка появилась на губах Дэвида.

– Где точно у Лауры татуировка?

Дэв улыбалась как Чеширский кот, подавая Лауре руку, чтобы помочь выбраться из лимузина.

– Ты понимаешь, что это – официально, не так ли? Пресса примется за нас снова. – Взявшись за руки, женщины излишне медленно начали свой путь к Белому Дому. По дороге они часто останавливались, позволяя вечернему ветерку шевелить их волосы и платья.

Лаура наклонилась к Дэв и взяла ее под руку.

– После такого вечера, мадам Президент, Пресса может идти к черту. Мне все равно, что они напишут о нас.

Дэв рассмеялась над энергичным ответом.

– Не давай им такой свободы, иначе они будут безжалостны.

– И что в этом необычного?

– Хорошее замечание. Когда Шэрон сообщит Прессе о сегодняшнем вечере, она упомянет и о том, что у нас было свидание сегодня. Она больше не будет отрицать это. Действительно ли ты готова к такому повороту событий?

Ответ пришел гораздо легче, чем она думала.

– Абсолютно.

Ее беспристрастность как биографа Дэв и так уже горела огнем. Так какая разница? Дэвлин поддержит ее, и в сердце Лаура знала, что уже сделала свой выбор. То, что она чувствовала к Дэв, и то, как она чувствовала себя, когда они были вместе… Это стоило трудностей.

"Да!" Дэв задавалась вопросом, выдержат ли ее щеки, если усмешка станет еще шире. Она была так горда сейчас, что это было почти болезненным. И она запомнила этот момент, как один из самых важных в своей жизни.

– Ты устала? Может купить тебе ночной колпак? – Дэв пошевелила бровями. – Совершенно случайно, в моей комнате спрятан дорогой бренди.

Лаура посмотрела на небо, полное мерцающими звездами. Но сегодня вечером она не завидовала их месту в небесах. Этим вечером здесь, на Земле, все было просто чертовски волшебно. Они ужинали и были в театре. Ужин был потрясающим, великолепная игра актеров заставила ее плакать, а компания была лучше всего. Секретная Служба была рядом, как всегда, но с тех пор, как в Дэв стреляли, Лаура нашла, что не стоит обижаться на их присутствие. Она про себя рассмеялась. "Возможно, я просто начинаю привыкать к этой сумасшедшей жизни. Нет – не 'начинаю привыкать', а только лучше научилась принимать действительность".

Это был первый случай, когда Лаура и Дэв выступали как пара, но когда на сцене появился давно не выступающий звезда рока то, к радости блондинки, внимание большинства переключилось на него. И теперь писательница задавалась вопросом, была ли это только случайность или происки некой долговязой брюнетки, которая, как известно, сметала все на своем пути, когда действительно чего-то хотела.

– Я чувствую себя просто замечательно, Дэвлин. – Она толкнула высокую женщину бедром. – Я вообще не устала. И я хочу выпить с тобой. Но до этого, я хотела бы сказать тебе кое-что важное.

– И что же это, мисс Страйер? – Дэв сняла свой шелковый шарф, и окутала им плечи Лауры, позволив кончикам пальцев задержаться на теплой коже. – Только не говори мне, что у тебя есть ревнивый парень, который собирается появиться здесь сейчас, и которому я должна буду расквасить нос?

Лаура взяла Дэв за руку и подняла ее, изучая длинные пальцы в лунном свете.

– Тебе, правда, когда-нибудь приходилось делать это? – С любопытством спросила она. – Я имею в виду, бить кого-то кулаком?

– Ну, возможно однажды или дважды… Но, клянусь, те люди заслужили это.

– Ого. – Лаура слегка сжала ладонь Дэв, но не отпустила ее. – Не знаю, верю ли я в это или нет. Я никогда не видела, чтобы ты пыталась поднять руку на детей. И ты даже не врезала тупому Министру Обороны, несмотряна то, что он далеко зашел. – Хотя Дэвлин могла быть истинным Дьяволом, когда это было нужно, под этим характером скрывалась нежная – даже ранимая – женщина. Лаура задавалась вопросом, что же смогло довести Дэв до такого состояния, чтобы она обратилась к насилию.

Писательница глубоко вздохнула, пытаясь отвлечься от этих серьезных мыслей. Поздним летом воздух был теплым и влажным. Вечерний бриз приносил запах живых цветов. Она почти сожалела о том, что они двигались в помещение.

– Я хотела сказать, что я ненавижу бренди. Всегда ненавидела. Но, допустим, что я смогу получить кое-что посложнее, вроде кружки старого доброго ледяного rootbeer?