Наталия Вико - Шизофрения

Александра едва успела одеться, как в дверь позвонили.

— Мадам доктор! — на пороге стоял уже знакомый охранник. — Салям-о-алейкум! Просят фас вести! — почти без акцента произнес он.

«Не надо меня вести, я сама пойду», — хотела сказать она, но передумала. Все равно араб не поймет тонкостей русского языка и менталитета.

Когда она спустилась в садик, там уже пахло дымком от углей в мангале. Шашлыком пока не пахло. Его только насаживали на шампуры, оживленно комментируя процесс и предвкушая удовольствие. Длинный стол под навесом был заставлен закусками. Фонари, подвешенные по периметру на цепочках, негромко позвякивали, раскачиваясь от легкого вечернего ветерка. От фонтана веяло прохладой. Осень на Востоке — райское время!

— О-о, вот и наша гостья! — с радостной улыбкой направился к ней Иван Фомич. — Всех, всех прошу внимания! Это — Александра Юрьевна. Известный ученый-психиатр. Прошу любить и жаловать. Так что если у кого какие комплексы психологические или, не дай бог, болезнь какая с головой намечается, — постучал он пальцем по виску, — все к Александре Юрьевне на прием! Ведь не откажете народу в медицинской помощи, а?

— Не откажу, — улыбнулась она. — Врачебный долг — дело святое.

— Ну, — Ивану Фомичу видно не терпелось начать застолье, — раз уж теперь все в сборе, можно за это выпить. За полную, так сказать, укомплектованность! — он наклонил огромную бутыль на подставке и принялся разливать виски в фужеры.

— А где ж Геннадий? — услышала Александра сзади строгий голос супруги начальника. — Что такое? Жена здесь, — Стелла Петровна кивнула в сторону молодой женщины, держащей на коленях забавную малышку лет двух, — а его нет.

— Срочно в посольство по делу вызвали. Сказал, постарается недолго, — ответил Иван Фомич, не в силах оторвать взгляд от миски с нарезанным зеленым салатом, огурчиками и помидорчиками, обильно заправленными растительным маслом. — Прошу, прошу, всех к столу!

Гости, оживленно переговариваясь, стали рассаживаться. Иван Фомич расположился во главе стола, предложив Александре место справа от себя. Александра оглядела присутствующих. По левую руку от хозяина застолья устроился немолодой араб с печальным лицом, в карих глазах которого словно давно поселились снисходительная грусть и отрешенность от всего происходящего вокруг. Невысокая плотная женщина хлопотала у мангала. Ей помогал усатый мужчина с манерами и зычным голосом отставного военного — тем самым — настоящим командирским, который нельзя не услышать. Стелла Петровна в сопровождении уже знакомой Анфисы заняла место в конце стола, поближе к выходу, вероятно, чтобы первой встретить опоздавшего. Анфиса, послав воздушный укус «залетной ш-ш-штучке», углубилась в изучение своей тарелки. За столом расположились еще несколько обитателей «узкого круга», имен которых Александра не запомнила. Два места остались свободны. Одно, очевидно, для Геннадия, другое — в резерве еще для кого-то. Роль тамады взял на себя Иван Фомич, поэтому тосты посыпались один за другим. Фантазия тамады была неистощима, как будто он был коренным жителем Кавказа. Пили за все — возвышенное и приземленное, движимое и недвижимое, конкретное и абстрактное, словно торопились опустошить огромную бутыль.

— И вот я и говорю, что мы еще с вами будем гордиться, что у нас гостила такая женщина! — громогласно провозгласил раскрасневшийся Иван Фомич, поблескивая ярко-розовыми, будто отполированными щеками. — Да, да, будем гордиться!

— Иван Фомич, прошу вас… — Александра смущенно покачала головой.

— И нечего скромничать! А если некоторые там, — упершись ладонями в стол, он орлиным взором оглядел присутствующих и, выбрав Анфису на роль жертвы царя птиц, продолжил, — не понимают, то мы им это объясним!

Анфиса сделала вид, что ее здесь нет.

— За сказанное и выпьем! — провозгласил неутомимый тамада.

Александра пригубила стакан с виски и встретилась взглядом с сидящим напротив арабом, все это время не проронившим ни слова. Что-то дрогнуло в его лице, промелькнуло и снова спряталось. То ли тень улыбки, то ли усмешки, то ли сочувствия.

«Интересно, как его зовут?» — подумала Александра.

Египтянин, словно прочитав мысли, отставил в сторону стакан с безалкогольным пивом и протянул через стол визитную карточку.

«Доктор Али» — прочитала она и вопросительно посмотрела на нового знакомого, неужели коллега?

— Я кандидат технических наук, — пояснил тот по-русски с едва заметным акцентом. — Диссертацию защищал в России, но у нас в Египте нет деления на кандидатов и докторов наук, поэтому все называются «доктор».