Владислав Глушков - Клинок Судеб

— Как, как, очень просто ногами пришли, я ведь тоже из тех мест, у меня дед там живёт, в соседней деревне, он там всё тропки знает, да и я с ним частенько в детстве в лес ходила, за грибами, за ягодами.

— Ну, вот теперь всё понятно, — успокоился бортмеханик, — понятно, почему их тогда в лагере не было, они в деревню ходили.

— Да, точно, — подтвердила Алиса. — А как Вы догадались? — Её такой расклад вполне устраивал.

— Ну, ты девонька даёшь, — воскликнул Витя, — а где Вам ещё было быть, если в лагере Вы отсутствовали.

— Действительно, — согласился с аргументом бортмеханика командир, но при этом как-то очень хитро посмотрел на Алису. — Или может Вы не ходили в деревню?

Не понравился этот взгляд, да и вопрос девушке. Но она решила, что лучше будет промолчать.

— Ладно, пойду я ещё немного полежу, а то голова сильно болит. Видимо сильно я ею шарахнулась в той хижине, — Алиса поднялась и направилась в салон, бортмеханик попытался было преградить ей дорогу, но командир одним только взглядом отодвинул его в сторону.

— Да, конечно, иди дочка, полежи, лететь нам ещё далеко, а вид у тебя болезненный. Полежи, если что стучись к нам.

— А что, если что? — Удивилась девушка.

— Ну, мало ли, там вон, сколько мужиков, — неопределённо ответил командир.

Семён выбрался из своего потаённого уголка не скоро.

Первое время, проснувшись, позавтракав остатками вчерашней зайчатины и взобравшись в седло, Ядрей даже подумал, что тот страшный сон со вторым в нём неизвестным человеком закончился и сегодня с утра он уже прежний. Но нет, как только отряд покинул лесную избушку, Семён зашевелился, потянулся, расправил плечи и вот он уже тут как тут, уселся на луку седла, да ещё и развернулся лицом к Ядрею, что бы лучше видеть и лучше понимать, всё то, что парень должен был ему рассказать. Ядрей даже не сразу его заметил, а когда заметил, то испугался, начал оглядываться по сторонам, не виден ли его спутник ещё кому. Но воинство Альгорда ехало невозмутимо и не обращало на Ядрея ни малейшего внимания.

— Всё осмотрелся? — просил Семён.

— Осмотрелся.

— Да не видят они меня, не парься.

— Что?

— Да, так ничего, проехали. Давай, брат, рассказывай, куда это меня черти занесли и чем-то всё грозит в частности мне. Ты как я понимаю, в своём болоте находишься.

— Отчего ты меня братом называешь?

— Кто тебя братом называет я что ль? — Не понял вопроса ехавший рядом с Ядреем воин.

— Что? — Не понял парень.

— Ну, ты спросил, отчего я тебя братом называю. Так я не называю. Ты для меня такой же брат, как и волк в лесу, я бы тебя, будь моя воля, задушил бы ещё там в твоей деревне, да вот Родгар не позволил.

— Я тебя тоже братом никогда не назову, и задушить теперь тебе меня не получится, а вот я твоё сердце вот этими руками вырву и на кол голову надену, — оскалился в ответ Ядрей.

— Ты, щенок, — дёрнулся, было, воин, но вовремя остановился, он был стар и опытен, понимал, что сейчас уже с Ядреем ему самому не совладать, а товарищи вряд ли поддержат его в схватке, уж больно нужен был этот парень Сигурду живым.

— Вот так-то поостынь, из тебя вон уже песок сыплется. Не тебе старый пень тягаться со мной. Опоздал ты. И не приближайся ко мне ближе, чем на десять саженей, могу не сдержаться и припомнить всё, что ты в моей деревне творил. — Вспомнил Ядрей этого воина, был он тогда совсем молод, этот поход у него был, пожалуй, первым, оттого он суетился и много-много убивал.

— А ты чего, крутой, — спросил Семён, — ишь, как они тебя боятся. Но ты всё-таки не кричи во весь голос. Тебе может и всё равно, а вот мне ещё пожить хочется, пусть и в твоём теле. Поэтому рассказывай всё про себя.

— Так я про себя и собираюсь тебе рассказывать, — на этот раз шёпотом произнёс Ядрей.

— Нет, ты меня не понял, так, как ты говорил вчера вечером, мысленно.

— А? Понял, ну тогда слушай. Родился я не в этих краях, далеко отсюда…

Ядрей начал рассказывать издалека, так, что бы Семён мог увидеть и понять всю его жизнь, для них двоих теперь самым главным было понимание.

Вертолёт приземлился на аэродроме, как только борт сел к нему тот час подошла скорая помощь не несколько закрытых, с наглухо тонированными стёклами микроавтобусов. Алиса, хоть и была уже в полном сознании, на всякий случай решила изобразить обморок.

«Может лётчики не проболтаются, что она уже в норме и меня повезут дальше вместе с Семёном, — подумала девушка».