Владислав Глушков - Клинок Судеб

— Странно, — вновь задумалась Алиса.

— А что странного, дочка? — Переспросил командир.

— Да странно то, что этот сруб его очень давно построили, он просто в земле был, и мы, точнее парни его раньше откопали, потом мы в него вместе с Семёном, это тот, что лежит без сознания, вместе с ним зашли, и обвал сучился. Мы начали из середины откапываться, думали, немного засыпало, да не смогли, сил не хватило, а может воздуха. Но что бы вот так засыпало, как Вы говорите, это невероятно.

— Нет, не было там никакого сруба, и ямы не было, это точно, — подтвердил бортмеханик. Я в том рейсе ведь не с Вами летал, вон с первым экипажем, помните, у них Лёшка занемог, вот меня к ним и кинули.

— Точно, а мы вообще усечённым экипажем летели, — подтвердил командир.

— Вы-то с воздуха этих сбросили и отвалили, а мы садились, тамошний начальник больно высоко летает, не с руки ему было десантироваться, вот мы и плюхнулись в самый центр поляны, так я моментом воспользовался, по нужде побежал, аккурат в то место, где нынче яма была. Так вот там дёрн свежий был, не тронутый. Так, что не было там никакой ямы.

— Вот чудеса, — удивился командир. — А ты девонька ничего не путаешь? Может тебе это приснилось?

— Нет, я ничего не путаю.

— Да и я не помню, что бы они в лагере были, — подтвердил бортмеханик. — Эти всю округу быстро обшарили, вытащили из палатки троих, двое те, что в хосте сидят, полуживые, и ещё с ними такой чёрный весь был, я ещё удивился, думаю, ты смотри иностранец, а он по-русски лучше нас с вами болтал.

— «Африка», — сказала Алиса, — что-то я его не вижу.

— Что Африка? — Не поняли лётчики.

— Это парня того негра так звали, а вообще он был русским, Николаев Иван Кузьмич. А где он не знаете?

— Нет, девонька не знаем. Так что там Витя ты говорил, что не было там её?

— Точно, не было, и парня того, чернявого, что без памяти, тоже не было. Может, где в лесу гуляли? Так тоже вряд ли, эти, он кивнул в сторону бойцов, — весь лес быстро прошмонали, да и не много его вокруг, болотами всё окружено, говорят, только одна тропа есть, что бы выйти, и то её знать надобно.

— Ну, так они, видать, знают, — предположил второй пилот, — не по воздуху же туда попали.

— Откуда им знать, ты посмотри, городские они, — не согласился бортмеханик, — и не местные.

— И что из того, что не местные? Ведь прошли сквозь болота, значит знают.

— Да ни кто той тропы не знает, — настаивал на своём бортмеханик.

— Тебе откуда это знать? — Удивились товарищи.

— У меня бабка из тех краёв. Она рассказывала про ту поляну, я точно помню.

— И что она рассказывала?

— Говорила, что поляна та ни кого к себе не пускает, а коль кто попадёт, так уж и живым не выйдет.

— Ну, это ты уже на бабушкины сказки перешёл. Аргументы закончились?

— А вот и не закончились, просто вспомнил теперь, что бабка Агафья говорила.

В кабине завязывался спор, лётчикам уже было не до Алисы, тем более что ничего интересного, как они поняли, от девушки всё равно не узнать, а вот как парни попали на поляну, это было интересно. На картах действительно эта поляна вся была окружена непроходимыми топями, в кольце болот, только небольшой участок леса, да озеро, вот и всё. А снаряжения, как они заметили, у парней с собой было не мало. Это значит, их туда могли только по воздуху забросить.

— Да, что вы спорите, — попытался унять экипаж командир, — Григорий, дай им карту, пускай сами убедятся, нет там прохода, одни болота кругом, вот поэтому ни кто туда не заходит, и тем более не выходит.

— А как же они туда попали? — Не унимался Витя.

— Как, как? Так же как и назад, по воздуху.

— Нет, по воздуху не могли, — вступил в спор, молчавший до этого времени штурман.

— Гриша, ты откуда знаешь? — Удивился командир.

— Да после первого вылета я специально просматривал все полётные маршруты. Уж больно мне интересно стало, там действительно кругом болота непроходимые и вдруг люди. Вот я просмотрел все маршруты. Летать-то туда только наши могли, так нет, не летали.

— Отчего, только наши, может геологи с другого конца забросили?

— Нет, не могли, эта зона закрыта для полётов, только нашим разрешают и то только по указанию с очень высокого высока.

— А точно, Гриша, прав, квадрат то закрытый, там недалеко, что-то очень серьёзное строят. — Согласился командир.

— Вот и я о том же, — воспрянул духом бортмеханик, у меня же бабка Агафья из тех краёв.

— Так, что девица, рассказывай, как Вы там оказались, вновь вспомнил командир про Алису.