Ай У - В огне рождается сталь

До этого Лян Цзин-чунь был парторгом одного из дальних рудников. Это было тихое, спокойное место. Железную руду рабочие добывали глубоко под землей, и наружу не доносились даже громкие взрывы. Контора рудника и жилые дома находились в живописной местности, вокруг домов росли сосны, тополя, абрикосы. Прямо за окнами свешивались бананы. Весной все склоны горы превращались в сплошной сад из персиковых и абрикосовых деревьев. Приезжавшие сюда работники из центра обычно удивленно восклицали: «Да разве это рудник — это же настоящий парк!»

Цю Би-юнь работала в профкоме рудника. Она очень привыкла к своей работе и поэтому, узнав о переводе мужа и ее самой, сперва было отказалась ехать.

— Ты езжай, а я попрошу, чтобы меня оставили здесь.

— В нашей стране много прекрасных мест, и надо везде побывать.

— Так, значит, мало мы с тобой постранствовали, когда были партизанами?

— Сейчас повсюду произошли большие перемены, и, пожалуй, не узнаешь даже давно знакомых мест, — старался заинтересовать жену Лян Цзин-чунь. — Если бы меня послали, например, с геологической партией — это было бы совсем здорово! Мечтаю исколесить всю нашу страну!

— А по-моему, ты просто еще не изжил своих партизанских привычек, вот тебя так и тянет к перемене места.

— Нет, ты не права! Ты просто не понимаешь, как сильно я люблю наш новый Китай! А разве тебе не хочется увидеть своими глазами все перемены в нашей жизни? По правде говоря, я давно уже заметил, что у тебя с идеологией не все в порядке.

— Как так не все в порядке? — воскликнула Цю Би-юнь. — Не пристало тебе, секретарю парткома, бросать слова на ветер, давай доказательства!

— А ты вспомни получше, у меня не только есть доказательства, но я даже когда-то уже говорил тебе об этом.

— Ничего не помню! — рассердилась Цю Би-юнь и отвернулась от мужа.

— Ты хоть вспомни, что ты профсоюзный работник и не должна таким тоном разговаривать с секретарем парткома, — рассмеялся Лян Цзин-чунь.

— Да ведь тебя уже перевели в другое место, какой же ты для меня теперь секретарь! Так что хватит воображать.

— Это верно, распоряжение пришло, но дела я пока не сдал, так что как ни кинь, а сегодня я еще секретарь парткома, — продолжал шутить Лян Цзин-чунь.

— А если так, то выкладывай доказательства! Нечего выкручиваться!

— Да я ничего особенного и не хотел сказать. Просто ты не очень любишь смотреть документальные фильмы и киножурналы, они быстро надоедают тебе, а это…

— Кино — это дело личного вкуса каждого, — перебила мужа Цю Би-юнь.

— Вот ты бы и занялась изучением своего вкуса, — сказал Лян Цзин-чунь и хотел еще добавить: «Этот вкус и является твоим недостатком!» — но, взглянув на сердитое лицо жены, промолчал.

— А разве я боюсь это сделать?

— Ты сама подумай! О чем рассказывают наши документальные фильмы и киножурналы? Они рассказывают о живой жизни, о новом облике нашей родины! Недавно, например, я видел, как пришел первый поезд по новой Чэнду-Чунцинской железной дороге, как укрощают реку Хуайхэ, разве это не интересно?

— А кто говорит, что неинтересно? Мне только не нравится, что некоторые из них плохо сняты, да и звук часто пропадает. На экране люди открывают рот, а ничего не слышно, это же просто курам на смех! — сказала, покраснев, Цю Би-юнь.

— Да я вовсе не об этом! Конечно, некоторые фильмы еще не совсем хорошо сделаны. Ты меня не поняла. Я имею в виду то, что ты обращаешь мало внимания на свой идеологический рост, к примеру, ты частенько не читаешь газет, особенно когда очень занята.

Хотя Цю Би-юнь была женщина упрямая и с характером, но она всегда находила в себе силы, чтобы честно признаться в своих недостатках.

— Да, ты прав… Действительно, ты кинохронику смотришь жадно, как ребенок, и радуешься каждому новому кадру. Мне кажется, я просто начала стареть.

— Можно сказать, что твои недостатки уживаются рядом с твоими достоинствами. Все равно как в чудесном лесу: вверху растут сказочно прекрасные цветы, а внизу под деревьями укрылись ядовитые грибы. Я очень люблю эти цветы, но ненавижу ядовитые грибы. Эти грибы — твои недостатки. Если ты занята одной работой, то ты только на нее и обращаешь внимание, а до всего остального тебе и дела нет. Не только дела нет, но и никакого интереса нет. Все равно как если бы ты занималась дома по хозяйству и ни разу не посмотрела бы в окно. А за окном растаял снег, распустились цветы — словом, произошли огромные перемены, а тебя ничего не интересует.