Адель Уолдман - Милый друг Натаниэл П.

– Просто в последнее время ты как будто немного…

– У меня был небольшой стресс, – перебил ее Нейт. – Думал, что начну другую книгу, но так и не начал. Есть только идея, да и то не очень ясная. Знаю, что должен работать денно и нощно, пока не определюсь окончательно. У меня же нет регулярной работы, как у тебя с этими новостями.

Ханна подтянула колени к груди:

– Хочешь заниматься новостями здравоохранения? Не шути так.

Нейт пересел на кровать. Ханна потянулась, и под тонкой тканью футболки проступили соски.

– Ты же знаешь, что я имею в виду.

Тема, как ему представлялось, была исчерпана, но они еще поговорили недолго. Ничего удивительного. Нейт по собственному опыту знал, что женщины, стоит им начать, испытывают ненасытное желание поверять секреты, докапываться до сути, разоблачать, улаживать и так далее. Он сделал над собой усилие, готовясь потерпеть. Вообще-то Ханна отличалась легким и даже беззаботным характером. После Кристен такие ему еще не попадались. А некоторую задиристость Нейт ей прощал. Спать легли, полностью примирившись.

Однако уже при следующей их встрече Ханна первой подняла эту тему. Они были в метро, возвращались из Манхэттена.

– Чудной получился вечер. Даже нелепый. Сначала поцапались, а потом сидели и разговаривали, разговаривали. Надеюсь, ты не думаешь, что я… не знаю…

Она не договорила и беспомощно улыбнулась, словно ожидая, что он придет на помощь и выведет из тупика ее собственного предложения.

Мысли Нейта витали далеко от темы отношений, и вступать в еще одну дискуссию его никак не тянуло. К тому же ему не нравилось подтверждать что-то под давлением и, как ученый тюлень, демонстрировать по требованию чувства. Кроме того, добившись определенных уверений, Ханна вполне могла поддаться невротическому побуждению. Такой награды он не хотел.

– Все хорошо, – произнес Нейт таким остужающе бесстрастным голосом, что принять сказанное за чистую монету мог только человек, страдающий синдромом Аспергера.

Судя по выражению на лице Ханны, этим недугом она не страдала, но пребывала в состоянии, близком к панике.

Нейт отвел глаза, опасаясь, что если посмотрит на нее еще раз, то возомнит себя виновным и начнет извиняться. Ни того, ни другого ему не хотелось. Не хотелось чувствовать себя большим плохим волком только из-за нежелания играть в салонные игры…

В проходе, положив голову на плечо матери, спал маленький мальчик. Штанины задрались, обнажив худенькие икры и носки.

Через минуту, почти так же быстро, как и пришло, раздражение растаяло. Она немножко занервничала, ничего страшного.

– Извини, – Нейт повернулся к ней. – Я не хотел…

Некоторое время лицо ее оставалось бесстрастным и жестким. Потом, обдумав услышанное, Ханна, похоже, расслабилась:

– Не беспокойся. Пустяки все это.

Больше на эту тему никто ничего не сказал, и остаток вечера прошел легко и непринужденно.

Прижимая к уху беспроводной телефон, Нейт без особого усердия возил губкой по кухонному столу. Оказывается, разговаривать с родителями легче, если одновременно заниматься чем-то еще.

Сначала он пообщался с отцом – с ним проблем никогда, в общем-то, не возникало. Будь вежлив и любезен, веди себя, как будто разговариваешь с благонамеренным, но чрезмерно любопытным незнакомцем, которого встретил, например, в очереди у отдела транспортных средств.

– Ты уже получил очередной платеж от издателя? – спросил отец. – Для них ведь каждый день задержки – это дополнительный доход по процентам от депозита, который по праву принадлежит тебе.

– Платежи идут по графику, – заверил его Нейт. – Деньги у моего агента. Она выпишет мне чек.

– За минусом пятнадцати процентов, – тут же, словно только и ждал этого момента, вставил отец.

– Да, папа, за минусом пятнадцати процентов.

– Ты же знаешь, Натаниэл… – начал отец.

Услуги литературного агента он считал совершенно излишними, и никакие аргументы не могли убедить его, авиационного инженера по профессии, в том, что он недостаточно хорошо знает издательский бизнес для вынесения таких суждений.

Нейт переложил телефон к другому уху, прижал плечом, освободив обе руки, поднял с плиты решетку и принялся тереть поверхность под ней мочалкой из тонкой проволоки.

– А ты не думал о том, чтобы опубликовать следующую книгу самостоятельно? – продолжал отец. – Я читал где-то, что некоторые состоявшиеся писатели уже так и делают. Главное – начать, а потом никакой издатель и не нужен. И тогда вся прибыль пойдет тебе. А?