Ян Войк - Изнанка

– Отлёживается Борисыч. Худо ему.

– Да ты что?! А чё случилось-то?

– Ногу сломал. И пару рёбер, кажется.

– Вот те раз! Как же его угораздило?

– Это долгая история… – усмехнулся Геннадий.

– Так давай рассказывай. Чё тянуть то?

Геннадий немного покривил против истины. История о ночном нападении оказалась не такой уж долгой, в общей сложности заняла минут пять, хотя нет-нет да кто-нибудь из жителей посёлка вклинивался в рассказ, стремясь высказать собственные переживания и впечатления. Для них случившееся ночью было событием, мягко говоря, из ряда вон выходящим. Серёга слушал внимательно и механика, и остальных.

– … а паря тогда, тот который вот с ним пришёл, – сухощавый мужичок лет пятидесяти, перебивая Геннадия, ткнул пальцем в сторону Ивана.

– Андрей, что ли? – уточнил Харон.

Поводырь молча кивнул. Он не вмешивался в разговор, ждал более удобного момента.

– Ну вот этот Андрей, да, – продолжил мужичок. – Он с фонарём прям в эту темноту и сиганул. А я это вижу и так себе думаю – Всё! Умишком тронулся. Гляжу – ан нет. Изнутри, из этого чёрного туману вдруг свет пробился. А потом – бац! – и тумана-то никакого и нет. Только этот… Как его? Андрей стоит на коленях, да фонарём вокруг светит, а на руках у него девчушка махонькая. Дочка его оказалась. Представляешь?!

– Ребёнок?! – вот тут Серёга впервые выказал недоверие к рассказчикам, – Здесь?! Да быть такого не может!

– Не может, – согласился Геннадий, перекрыв общий гул. – А вот есть! Хочешь, сам пойди и посмотри.

– И посмотрю. Посмотрю обязательно. Где она?

– Да вон от посёлка спускается! – тут же указал кто-то из собравшихся. – И папаша, и дочка его.

Сашка не усидела в гараже и после завтрака попросилась гулять, Андрей не стал ей запрещать. Нина и другие женщины из посёлка сообща подобрали для девочки более подходящую одежду взамен розовой пижамы. Сашку вырядили в белые кроссовки, тёмно-синие спортивные штаны, подвёрнутые снизу, коричневый свитер-водолазку, тоже чуть великоватый, и болоньевую куртку-ветровку с капюшоном.

Покончив с переодеванием, они вышли из гаража и сделали кружок по посёлку, тут же став объектом всеобщего внимания. Народ, и мужики, и женщины, и даже молодёжь, бросали свою работу и провожали их восхищёнными взглядами. До сих пор ни один из них не видел здесь, на Изнанке, детей. А теперь вдруг одиннадцатилетняя девочка ходила по посёлку, с наивным любопытством разглядывая окружающих и смущённо улыбаясь, когда кто-нибудь подходил с ней познакомиться.

Обойдя весь посёлок, Андрей с Сашкой вышли за ворота, побродили по берегу пруда и только потом направились к пристани. Кое-кто из поселян, как зачарованные, шагали за ними следом. Не вступая в разговор, но и не отставая, они шли метрах в двадцати позади. Поэтому когда народ с пристани во главе с Хароном и Геннадием вышли им навстречу, Милавин с дочкой оказались почти в кольце поселян.

– Вот это да! – восхищённо присвистнул Серёга, он опустился перед Сашкой на корточки и протянул ей свою огромную жёсткую от мозолей ладонь. – Здравствуй, кнопка!

– Я не кнопка, – чуть обиженно ответила девочка, осторожно пожимая ему руку. – Меня Сашей зовут.

– Вот как! – рассмеялся капитан. – А меня называй дядя Серёжа или Харон, это уж как больше нравится.

– Мне больше дядя Серёжа нравится.

– Мне тоже. Значит договорились?

– Да.

– Как же тебя угораздило сюда попасть, Сашка-промокашка?

– Я упала с дерева и оказалась в темноте. А потом встретила Максима, Колю и Юру. Они уже были там. Они… они сказали, чтобы совсем не умереть, надо охотиться. Я не хотела. Но они сказали, что тогда будет хуже. Мне было страшно… Очень страшно… Они сказали, что я должна приходить сюда и ловить людей… Это всё из-за страха. Этого хотел он… Но я не хотела, правда…

Она начинала говорить спокойно и вполне дружелюбно, но с каждым словом в ней всё больше просыпался страх. В конце её уже трясло, и девочка была готова расплакаться. Народ вокруг забубнил что-то недовольное, Андрей тоже присел на корточки и обнял дочь за плечи, он собирался прекратить этот разговор, но Харон опередил его.

– Кто этот «он»? Кто собирался тебя наказать?

– Я не хотела этого делать! Мне было страшно… Он меня заставил! Я не хотела… Не хотела! – Сашка зарыдала, и Милавин поспешил прижать её к себе.

– Прекрати! Ты что не видишь, она же боится! – чтобы хоть как-то успокоить дочь, он начал гладить её по волосам.

– Извини, – Серёга поднялся на ноги, снял кепочку и поскрёб макушку. – Я не ожидал, что она так…