Эвелина Пиженко - Ты услышишь мой голос

— Та-а-а-к… — Дима насторожился, — И что теперь делать?

— Слушай, Дима… — Кристина говорила извиняющимся тоном, — Я знаю, что ты устал… Но ключи только у меня, тебя и Светланы… Светлана слишком далеко живёт, а я… Я никак не могу сейчас поехать туда, у меня машина не заводится… Ты меня прости, пожалуйста… Но не мог бы ты сейчас съездить в центр и выключить аппаратуру? Я боюсь, что ночью опять будут проблемы с электричеством, и, не дай Бог, что-то у нас погорит… Выручи, а? Тебе буквально пару кварталов ехать….

— Вот чёрт… — по тону Димы, Кристина поняла, что застала его своей просьбой врасплох. Она с ревностью прислушивалась к доносившемуся в трубке смеху Наташи, лепету Валерика… Судя по всему, сегодняшнее происшествие было забыто, и в семье Морозовых царил мир и покой. Подумав об этом, Кристина почувствовала, как какой-то сухой комок подкатывает к горлу.

— Ну, если никак, то я сама как-нибудь доберусь… Извини, что потревожила… — у неё отменно получился сиротливый тон, дополненный глубоким вздохом, — Извини, Дим…

— Ладно, не переживай, — торопливо, боясь, что она положит трубку, воскликнул он, — я сейчас съезжу… Понимаешь, — добавил со смехом, — у нас Валерка ползать учится, вот мы тут все, как на полигоне, на четырёх костях, даже дедушка с бабушкой… Только мы ползём вперёд, а Валерка — почему-то назад…

— Да, весело у вас… — через силу рассмеялась Кристина, — Дима, я буду тебе очень благодарна!

— Да ладно, — успокаивающим тоном ответил Дима, — Пустяки, сейчас съезжу…

Нажав на «отбой», Кристина ещё несколько секунд лежала, закусив губу… Потом, решительно встала и вышла из спальни. Видимо, из последних сил добравшись до гостиной, Макс спал, упав ничком на мягкий кожаный диван. Брезгливо покосившись, девушка вытащила из-под его ног свой пушистый шарф, потом, одевшись в прихожей, торопливо покинула квартиру…

Подъезжая к продюсерскому центру, Дима ещё издалека вглядывался в тёмные окна студии, но никаких источников света в виде светящихся лампочек пультов или синтезатора в них не заметил — окна были большими, и обычно в них были видны любые огоньки. Открыв своими ключами дверь, он набрал на пульте сигнализации код «отбой» и вошёл в помещение. Лунный свет мягко падал в окна холла, оставляя на полу матовые отблески и, пройдя по этому ночному ковру, Дима взялся за ручку двери в студию. Абсолютная темнота в аппаратной подтвердила его догадку о том, что Кристина, по всей видимости, ошиблась. Щёлкнув выключателем, он, на всякий случай, проверил все соединения и, успокоившись, собрался уходить.

…Звук чьих-то тихих шагов в коридоре не был ни результатом усталости, ни полусонным наваждением. Шаги были реальными — они неумолимо приближались к двери студию, и Дима почувствовал, как тревога неотвратимо заполняет душу…

— Кристина?! — он изумлённо уставился на девушку, нежданно возникшую на пороге аппаратной.

— Не ожидал увидеть? — она чуть насмешливо улыбнулась, — Ты смотришь на меня так, будто я Панночка из «Вия»…

— Ты так неожиданно появилась… — он покачал головой, — Тут и испугаться не грех.

— Да ты не бойся, я живая… — как-то таинственно произнесла девушка и, дотянувшись рукой до выключателя, щёлкнула клавишей, — Я настолько живая, что ты даже не можешь представить…

Дима не успел даже опомниться, как она одним движением расстегнула молнию на его куртке и, подсунув под полы, положила руки ему на плечи. Видимо, раздевшись у себя, она была лишь в лёгком платье, и он тут же почувствовал её тесно прильнувшее тело…

— Подожди… — сразу пресекая его попытки убрать её руки с плеч, девушка заговорила горячим, громким шёпотом, — Дима, подожди… Пожалуйста… Не отталкивай меня, ну, пожалуйста…

— Кристина, что за представление, зачем нужно было вытаскивать меня из дома? — взяв её за запястья, он пытался убрать от себя её руки, но она, сопротивляясь, старалась прижаться к нему всё теснее…

— Дима… Дима… послушай… — она говорила торопливо, как бы стараясь успеть сказать что-то очень важное, пока он не ушёл, — Послушай… Только одну минутку… Хорошо? Разреши мне сказать… пожалуйста… Я только скажу, и всё…

— Ну, хорошо, — он устало и как-то обречённо опустил свои руки, — Говори…

— Дима… — в её голосе послышалась неподдельная тоска, — Мне очень плохо… Очень…

— Что случилось? — он терпеливо смотрел на неё в темноте, — Почему тебе плохо?

— Мне плохо… мне плохо без тебя… — с отчаянием проговорила Кристина, — Ты только дослушай… не уходи…