Эвелина Пиженко - Ты услышишь мой голос

— Как — со мной? Я только что закончила репетировать… Ты же сам сидел тут, в зале…

— Точно… — он растерянно посмотрел вокруг, — Я же его забирал у Светы…

— Дима, куда ты его дел?! — со слезами на глазах спросила Наташа, — Ты что?!

— Подожди… — он прикрыл глаза рукой, — Подожди, сейчас… Я его забрал и пошёл с ним… Куда я пошёл?..

— Дима, я тебя убью!.. — не дождавшись, пока он вспомнит, куда пошёл с сыном, Наташа выскочила из зала и побежала вдоль по коридору.

— Девчонки, Валерика тут нет? — с отчаянием в голосе спросила она, заглянув в репетиционную студию, где сидели остальные вокалистки.

— Нет… — Наргиза, очень красивая девушка восточного типа удивлённо приподняла чёрные, как смоль, брови, — Ты что, ребёнка потеряла?

— Да не я, Дима… — захлопнув эту дверь, Наташа подбежала к следующей.

— Мальчики, Димка коляску сюда не привозил? — увидев недоумённые взгляды парней из подтанцовки она, не дожидаясь ответа, махнула рукой и скрылась в проёме.

Посещение студии звукозаписи тоже не дало никаких результатов — звукорежиссёр Миша удивлённо развёл руками, и Наташа снова оказалась в коридоре… Оставалась только одна дверь, в которую она ещё не заглянула, и, закусив губу, Наташа решительно взялась за ручку…

…Валерик сидел в своей коляске и, показывая все три едва прорезавшихся зуба, радостно смотрел на Кристину, которая, улыбаясь, держала в руках разноцветную погремушку, развлекая малыша.

— Валерик… — не сдержавшись, Наташа заплакала… Недолгое, но очень сильное эмоциональное напряжение выливалось слезами радости от того, что ребёнок нашёлся, и что с ним всё в порядке… Увидев маму, он, как будто разделяя её переживания, вдруг сморщил румяное личико и протянул к ней маленькие, пухленькие ручки.

— Вспомнил!.. — почти вбежав в кабинет Кристины, Дима застыл, с изумлением глядя на ревущих в два голоса жену и сына. Прижав к себе малыша, Наташа целовала его беленькую макушку, а Валерка сквозь плач пытался жалобно произнести какие-то звуки, из которых явно слышался только один слог «ма».

— Морозов… Ну, ты даёшь… — Кристина укоризненно покачала головой, — Ты что, забыл, где ребёнка оставил?

— Да я вспомнил потом, — виновато оправдываясь, Дима боялся посмотреть на Наташку, — я сюда зашёл, с тобой поговорил, а потом меня Миша в коридор позвал… Сегодня тут столько работы, у меня голова кругом идёт. Я с Мишей поговорил, и побежал в зал, Наташку послушать… А Валерку тут… — он испуганно покосился на жену, не в силах произнести слово «забыл», — тут… оставил…

— Между прочим, ему сегодня исполнилось шесть месяцев, — вытирая слёзы, Наташа обиженно посмотрела на Диму, — а ты его забыл…

— Наташа, ты не переживай, — обращаясь к ней, Кристина чуть насмешливо посмотрела на Диму, — мы с вашим Валериком очень хорошо пообщались, он и вправду спокойный и общительный малыш. А Дима… Дима, действительно, сегодня замотался, ты его не ругай…

— Хорошо, — уже более спокойным голосом произнесла Наташа, искоса взглянув на мужа, — ругать не буду. Я его убью. Только домой приедем…

— Иди к папе… — улыбаясь, Дима протянул руки к ребёнку, — С тобой она меня точно не тронет…

— Нет уж, — Наташа сердито отвернулась вместе с Валериком от Димкиных рук, — вези коляску, если хочешь, а Валеру не дам, — уже подойдя к двери, она обернулась, — спасибо тебе, Кристина…

— Да не за что, — всё так же насмешливо ответила та, — пусть Морозов ещё поживёт, хотя бы Новый Год отработает… А там можно и убить.

— Я подумаю, — уже веселее ответила Наташа и открыла дверь.

Оставшись одна, Кристина какое-то время смотрела на то место, где совсем недавно стояла детская коляска. Весёлая, разноцветная погремушка так и осталась в её руках, и девушка, открыв ящик компьютерного стола, аккуратно положила её туда. Димин сын, с которым она, по воле случая, провела около получаса, очень растрогал её, и Кристина с грустью вспоминала эти недолгие минуты общения с ребёнком… Диминым ребёнком…

Кристине было уже двадцать пять лет, и материнский инстинкт всё чаще и чаще просыпался в её душе, но, зная о последствиях своей ошибки, она как могла, гнала от себя все мысли о детях… Сейчас же она попыталась представить себя в роли матери. Валерик… Это мог быть и их с Димой сын, не подвернись тогда этот Мухаммед… Она никак не чувствовала себя виноватой в том, что по её вине произошёл разрыв с Морозовым. Нет, она ни в чём не виновата! Она его любила… А он делил свою любовь на неё и музыку… А, может, и не было никакой любви? Он даже не предлагал ей жить вместе. А с этой Наташей жил… Да, во всём виноват только он — Дима. Он морочил ей голову, как в первый, так и во второй раз, когда поссорился со своей Наташкой на долгих восемь месяцев… Он просто заполнял ею пустоту… А она его любила. Любила давно, ещё с юности. Их родители дружили, и они часто виделись с Димой. Но у него была девчонка, его одноклассница — Марина… Кристина вспомнила, как много раз сравнивала себя с ней. Марина была слишком гордой, знала себе цену, и Кристина была уверена, что измены Диме она не простит… Да, Маринка была слишком гордой. Поэтому и потеряла Диму… Кристина едва заметно усмехнулась… Она — не такая, но она тоже потеряла Морозова… Все его потеряли, даже «психолог Инна» не смогла удержать его своими чарами… Удалось одной Наташе. Ребёнок?.. нет, пожалуй. Он ведь не знал о ребёнке. Вернее, думал, что это не его ребёнок. Но, как только узнал, что его — помчался к ней сломя голову…