Мулуд Маммери - Избранное

Сержант Лазрак получил приказ прибыть в Айт-Ваабан вместе с десятью солдатами, но в бой не вступать, разве что в случае крайней необходимости. Они шли весь день, но ненамного продвинулись вперед и к вечеру добрались лишь до окрестностей Талы. С тех пор как началась операция «Бинокль», каждый клочок земли был забит вражескими солдатами, и, чтобы не столкнуться с ними, порой приходилось делать огромный крюк.

Выходя из Талы, они послали в разведку Фарруджу, но она не вернулась, и кончилось тем, что они наткнулись на вражеский патруль. Им ничего не оставалось, как принять короткий бой, а потом скрыться, и Али спрашивал себя, удастся ли Фаррудже да и всем жителям деревни выпутаться из этой истории.

Они уже почти добрались до Тигмунина, когда разведчик, шедший далеко впереди, вернулся сказать, что долина, через которую лежал их путь, занята противником. Надо было менять маршрут. Али отправил троих людей по разным направлениям, чтобы разведать обстановку. Они тут же вернулись: все пути были отрезаны. Не так давно вступивший в отряд парнишка, которого перестрелка в Тале сильно взбудоражила, вернулся последним. Он смеялся:

— Часовой был у меня на мушке.

— Без дураков, ребята, — сказал Али, — о драке и речи быть не может, нужно прорваться.

На фоне хребта Тигмунин к луне вздымалась прямая стрела минарета. С трудом угадывалась бурая масса деревни, прижавшаяся к земле, но разглядеть дома, сливавшиеся с ней, было трудно. В долине шелестели на ветру ясени. Укрыться в деревне не было никакой возможности. Если завяжется бой, Тигмунин будет уничтожен.

Али поставил часового и собрал джунудов. Оставалось одно из двух: либо держаться всем вместе, занять позицию, удобную для обороны, и драться, пока не кончатся боеприпасы… или пока их всех не перебьют либо разойтись не откладывая и каждому в одиночку попытаться выбраться из мешка. Место сбора — Айт-Ваабан. Время — как можно скорее, не позже чем через неделю, если войска противника не закрепятся на этих позициях. Во всяком случае, здесь, на гребнях гор, у противника в распоряжении только личное оружие, в лучшем случае — ручные пулеметы. Авиации до наступления дня можно не бояться.

Паренек тут же начал горячиться:

— Прорваться? В одиночку? Да ведь там этих солдат что саранчи, куда ни ткнись! Нет уж, пробиваться — так всем вместе. И выдать им сполна, как полагается!

— Ну и болван! — промолвил Акли.

Акли было сорок лет, и, так как все остальные были моложе, они звали его «дед».

Парень не унимался.

— А, иди ты со своей мудростью! — крикнул он Акли.

— Ну, что я тебе говорил, сержант? — сказал Акли. — Уж больно молодых мы к себе берем.

— А я говорю, надо им показать, — настаивал Омар.

Остальные слушали молча.

— Ну вот что, — сказал Али, — здесь тебе не скачки на деревенском празднике, где палят холостыми патронами из охотничьих ружей. И ты взялся за оружие не для того, чтобы умереть после первой же потасовки, а чтобы прогнать врага. Мы разойдемся поодиночке. Ступайте и растворитесь, слейтесь с землей, исчезните, как дым в небе. Встретимся в Айт-Ваабане… Все встретимся! Понятно?

Али повернулся к Омару, нервно сжимавшему обойму, уже вставленную в автомат.

— Ну а ты, вояка, пойдешь со мной, чтобы не наделать глупостей.

— Я бы на твоем месте… — начал было парень.

— Ну, до встречи, ребята! — сказал Али. — Да без глупостей, слышали? И поменьше шума.

Они разошлись в разные стороны.

— А ты останься, — сказал он парнишке, который тоже было поднялся. — Тебе что, не нравится моя компания?

— Я этого не говорил, — сказал парень, — я просто сказал, что на твоем месте…

— Помолчи, — сказал Али. — И слушай хорошенько. Где-то совсем рядом идут девять джунудов, а некоторые, наверно, даже бегут. Ты хоть что-нибудь слышишь?.. Ничего! То-то! А ты бы уж, конечно, прямо бежал навстречу смерти.

— Ну и что ж? Когда я пришел в отряд, я отлично понимал, что когда-нибудь погибну.

— Да ты, оказывается, храбрец, — сказал Али.

— Такой же, как ты, сержант!

— Ну нет, не как я, а если уж как я, то разве три года назад! Это у тебя пройдет, увидишь…

— Надеюсь, что нет, — сказал парень. — Что ты собираешься делать?

— Мы пойдем туда.

Али показал на Тигмунин. Луна спряталась, и деревня сразу погрузилась во тьму.

— О!

Али взял Омара за руку и, протянув руку в сторону деревни, приказал ему наблюдать. Возле крайнего дома появилась темная согнувшаяся фигура солдата. Он тотчас же исчез во мраке по ту сторону хребта. За ним сразу же появился другой, потом еще и еще, и вот уже весь освещенный луной склон горы заполнился солдатами. Присмотревшись, можно было разглядеть винтовки. Солдат становилось больше, они приближались к Али и Омару.