Роберт Ирвин - Ложа чернокнижников

Но ничего не поделаешь, придется надевать костюм, потому что Фелтон настоял на своем и заказал нам столик в «Веселом гусаре». Когда я уже выходил, в холле меня подловила Лора и сказала, что в костюме я просто красавчик, и провела рукой по моим волосам. Добравшись до Пикадилли, я занял наблюдательную позицию у статуи Эроса. Меня окружали живописно грязные стоящие на учете наркоманы, которые набирались храбрости перед тем, как отправиться в расположенную через улицу аптеку со своими рецептами. В подобном окружении я — в костюме и с нарочито выставленной напоказ «Теорией и практикой магии» Алистера Кроули — чувствовал себя полным идиотом. К счастью, ждать пришлось недолго.

— Питер Кезуик? Я — Мод.

На ней было платье мини с узором типа павлиньих перьев, высокие блестящие черные сапоги выше колен и обмотанное вокруг шеи боа из перьев.

Девчонки в таком же прикиде сотнями разгуливают по Кингз-роуд каждый вечер семь дней в неделю. Но короткое мини плохо смотрится на такой крупной девушке. Мод — высокая, с полными бедрами. Уродиной ее не назовешь, но и красавицей тоже. Бледное лицо и густо накрашенные ресницы напоминают маску клоуна. Разве что волосы, тяжелые, темные и блестящие, смотрятся что надо. Едва увидев ее, я понял, что она меня не заводит. С этим все понятно. Правда, впереди у нас был еще целый вечер. Я заметил, что она тоже меня оценивает. В конце концов она лишь едва заметно пожала плечами.

Мы неловко пожали друг другу руки, и я сказал, куда мы направляемся. По дороге к «Веселому гусару» мы говорили о лондонском транспорте, ресторанах и тому подобной чепухе. Только усевшись за столик, мы принялись обмениваться серьезной информацией. Мне показалось, что жизнь у Мод довольно скучная, но если честно, то моя, в моем пересказе, вряд ли могла бы показаться интереснее (ведь не рассказывать же ей об уроках поцелуев, сатанистских обрядах под кокаиновым кайфом, цокоте подков и воплях по ночам).

Мод работает парикмахером. Она хотела стать стюардессой, однако завалила почти все экзамены, но потом была даже рада, что провалилась, потому что быть парикмахершей — это так здорово.

— У всех людей разные волосы, и с ними нужно по-разному обращаться, но дело не столько в стрижке, мытье, фенах, прическах и завивках. Дело в том, что работаешь с людьми, а это так здорово… я имею в виду, что очень важно иметь хорошие манеры и не забывать про улыбку — вот что отличает хороший салон.

И она все говорила и говорила о своем салоне и о том, каких чудесных людей она там встречает.

Это было ужасно скучно. Я еле сдерживался, чтобы не приказать ей заткнуться и послушать меня, мои рассказы о посланниках Сатаны, власти Хоронзона, ритуальных заклинаниях, о том, как умилостивить клиппот , и о важности принесенной в жертву девственности, мне хотелось, чтобы она поняла, насколько интереснее моя жизнь. Но я подумал и решил, что не хочу показаться ей интересным. Больше всего я хотел, чтобы этот потерянный вечер поскорее закончился и я больше никогда не встречался с Мод. Поэтому я дал ей прочесть себе целую лекцию о всевозможных видах завивок и причесок, не позволяя себе скучать слишком откровенно. Потом я смотрел, как она ест. Аппетит у нее был хороший, и чавканье тяжелых челюстей придавало ей сходство с коровой. Белизна ее кожи казалась неестественной при свете свечей. Салли тоже очень бледная, но Мод выглядит так, будто провела детство в каменном подземелье.

В конце концов она попросила меня рассказать о себе. То, что я аспирант, ее разочаровало.

— А я надеялась, что ты — солдат, или профессиональный спортсмен, или что-нибудь в этом роде. Или врач — по-моему, врачи — интересные люди. Мой папочка хотел, чтобы я поступила в университет, но мне это не понравилось. Студенты все такие грязнули. Извини… я не хотела быть грубой. Ты симпатичный, по крайней мере ты носишь костюм, и хоть волосы у тебя жутко длинные, тебе идет. По-моему, молодым быть замечательно, потому что длинные волосы лежат естественно и обычно хорошо выглядят. А кто тебя стрижет?

— Я сам себя стригу.- (Это была ложь. Обычно меня подстригала Салли, но мне не хотелось о ней говорить.)

Потом мы немного поговорили о пунктах, которые отметили в своих компьютерных анкетах. Мод нравятся Джилберт и Салливен, вальсы Штрауса и так далее. Когда Мод сказала, что вообще-то ей нравится не столько классика, сколько музыка с хорошей мелодией, и кое-что из поп-музыки ей тоже по вкусу, у меня появилась слабая надежда, что у нас найдется общая тема для разговора, но когда Мод перечислила своих любимых исполнителей — Манфред Манн, Лулу, Сэнди Шоу и Сикерз, я просто впал в отчаяние.