Борис Пугачев - Зеркало для слепого

— Наступит хаос, — перебил Иру Володя.

— Не наступит. Включатся саморегулирующиеся механизмы рыночных отношений. Это законы экономики, существующие объективно и не зависящие от нашей воли.

— Я согласен, что свободы неотделимы от рынка, но, и это доказал Пиночет, свобода рынка вполне возможна без свободы человека. Человека следует поместить в рамки государственных ограничений. Иначе хаос. Во главе государства должен, и в этом Марлен полностью прав, стоять монарх. Стране надлежит быть конституционной парламентской монархией и, конечно, никакого права наций на политическое самоопределение.

— Ну это вы уж слишком загнули! Про царя я для примера сказал. Я за президентскую республику с однопалатным парламентом. Управление и исполнительная власть осуществляются лидером парламентского большинства, который реализует подлинно патриотическую национальную политику, а не копирование западных и американских стандартов, которые уважаемая Ирина называет демократическими институтами. Что русскому хорошо, то немцу смерть. В этом смысле я был за гэкачэпэ. Они пытались спасти наши национальные интересы и, прежде всего, в части единства России или, что одно и то же, СССР. Нельзя решать национальные проблемы на основе деления на регионы. Страна должна быть единой, а национальное достаточно проявлять в сфере культуры. Кстати, в США такие принципы были вынуждены внедрить. Здесь Ира права. Деление на штаты, правовой порядок… Нам брать это не надо, но тенденции прослеживаются.

— По национальному вопросу, Марлен, я вас поддерживаю, — заключил Володя. — Каждый политический руководитель обязан сформулировать для себя принципы, назовем это национализмом. Условно, конечно. Нужно сохранить и защищать российскую нацию как гражданско-политическое объединение всех граждан страны, а не отдельных этнических образований, как бы велики они ни были.

— Все это здорово, — сказал Родик. — Однако вы забыли главное. Главное — это экономика, и из нее все проистекает. Все ваши свободы, национальная политика и прочие вещи, которые в марксизме-ленинизме назывались надстройкой, ничего не стоят без экономики. Краеугольный камень — выбор экономической схемы, способной обеспечить реализацию всех ваших мечтаний. Сойдите на землю, дорогие мои политики. В стране скоро жрать будет нечего. Золотой запас куда-то дели. Валовой продукт меньше, чем в захолустной африканской стране. Ваш патриотизм, национализм, парламенты и прочая шелуха потонут в нищете народа, а вас просто сметут. Причем, возможно, физически. За четыре месяца доллар подорожал почти в три раза, производства останавливаются. Что вы можете предложить? Политики…

— У нас есть экономические программы, — перебил Родика Марлен. — Во-первых, как я уже сказал, всем экономическим процессом должно управлять государство. Это залог успеха. Во-вторых, никакой приватизации. В-третьих, отказ от ввоза зарубежных товаров или резкое увеличение ввозных пошлин. В-четвертых, восстановление экономического сотрудничества с бывшими советскими республиками. В-пятых, не отвергая рыночные отношения, особенно в сфере услуг и производства товаров группы «Б», следует ввести строгое государственное регулирование, в том числе цен, и вернуться к госфинансированию и планированию. Считаю, что Гайдаром допущена непростительная ошибка при отпуске цен. Особенно это касается тяжелой промышленности, топливно-энергетического комплекса, а также добывающих отраслей.

— Чушь! Это возврат к социализму. Шаг назад, — возразила Ира. — Сильная государственная власть — хорошо, но необходима свободная рыночная экономика с широкой частной собственностью, которая может быть получена только на основе приватизации. Это уже давно доказано и подтверждено международным опытом. Нечего придумывать велосипед.

— Опять политика! — выкрикнула из кухни хозяйка. — Прекращайте. Как соберутся больше двух интеллигентов, так разговаривают только о политике. У нас с Леночкой все уже готово.

— Действительно, давайте закусим и выпьем, — предложил Володя, наливая в опустевшие бокалы коньяк, а в Родикову рюмку — водку. — Иринушка, женушка, мы вас с Леночкой ждем!

— Закусили? Подаем первое. И присоединяемся к вам, — ставя на стол большую супницу, сообщила Ира. — Леночка, неси кулебяку! Володя, а почему ты нам с Леной ничего не налил? Мы поддержим Родиона Ивановича и выпьем под бульон водочку. Я права, Лена?

— Ира, ты всегда права, — отозвалась та, устраиваясь рядом с Родиком.