Джеффри Арчер - Блудная дочь

— Ты не спишь? — тихо спросила она.

— Нет, всё думаю о двух процентах.

— Я тоже. А помнишь, твоя мать говорила, как кто-то купил два процента акций «Лестера» у Питера Парфита от имени твоего отца, чтобы мой отец не мог до них добраться?

— Да, помню.

— Что ж, может быть, они не слышали о нашем предложении…

— Дорогая моя, оно напечатано во всех американских газетах! — Ричард снял телефонную трубку.

— Кому ты звонишь?

— Матери.

— В четыре часа утра? Ты не можешь звонить матери посреди ночи.

— Могу и должен.

— Я ни за что не сказала бы тебе, если б знала, что ты так поступишь.

— Дорогая моя, у нас только два с половиной дня до момента, когда я потеряю тридцать пять миллионов долларов, а владелец акций, возможно, живёт в Австралии.

— Хорошо соображаешь, мистер Каин!

Ричард набрал номер и стал ждать. Ему ответил сонный голос.

— Мама?

— Да, Ричард, а который час?

— Четыре утра, мама. Извини, что беспокою тебя, но мне больше не к кому обратиться. А теперь послушай меня внимательно. Ты как-то говорила, что друг отца купил у Питера Парфита два процента акций «Лестера», чтобы те не попали в руки отца Флорентины. Ты можешь вспомнить, кто это был?

Наступило молчание.

— Кажется, да. Я сейчас вспомню, дай мне собраться с мыслями. Да, это был старый друг Уильяма из Англии, тоже банкир, который учился с ним в Гарварде. Сейчас я вспомню имя.

Ричард задержал дыхание, а Флорентина села в постели.

— Эмсон, Колин Эмсон, председатель… Боже, я не помню чего.

— Не беспокойся, мама, этого достаточно. Иди спать дальше.

— Какой ты внимательный и чуткий сын, — сказала миссис Каин и повесила трубку.

— Ну что? — спросила Флорентина.

— Приготовь мне завтрак. — И Ричард снова поднял трубку. — Дайте оператора международной связи. Который теперь час в Лондоне?

— Семь минут десятого.

Ричард пролистал записную книжку и назвал номер телефона своего бывшего сослуживца, работающего теперь в лондонском филиале «Бэнк оф Америка».

— Джонатан Коулмен слушает, — раздался голос в трубке.

— Доброе утро, Джонатан. Это Ричард Каин.

— Рад слышать тебя, Ричард. Чем могу помочь?

— Мне нужна срочная информация. Каким банком управляет Колин Эмсон?

— Минутку, я посмотрю в «Банковском ежегоднике». — Ричард мог слышать, как перелистываются страницы. Вскоре он получил ответ: — «Роберт Фрезер и компания». Только он теперь сэр Колин Эмсон.

Ричард узнал номер телефона Эмсона, записал его на уголке конверта, поблагодарил Джонатана и после завершения разговора с ним вновь заказал международную связь.

— «Роберт Фрезер и компания», — послышалось наконец в трубке.

— Могу я поговорить с сэром Колином Эмсоном?

— Кто его спрашивает?

— Ричард Каин из группы «Барон», Нью-Йорк.

— Не вешайте трубку.

— Доброе утро, это Эмсон.

— Доброе утро, сэр Колин. Меня зовут Ричард Каин, по-моему, вы знавали моего отца.

— Конечно. Мы вместе учились в Гарварде. Ваш отец — славный малый. Я с огорчением прочитал в газетах о его смерти. Я тогда написал письмо вашей матери. Откуда вы звоните?

— Из Нью-Йорка.

— Как рано вы, американцы, просыпаетесь. Чем могу вам помочь?

— Вы ещё владеете двумя процентами акций банка «Лестер»? — Ричард боялся дышать.

— Да, владею. Заплатил за них королевский выкуп. Впрочем, жаловаться не приходится. Ваш отец в своё время очень мне помог.

— Не хотите ли рассмотреть возможность их продажи?

— Если мне предложат за них хорошую цену.

— Что вы считаете хорошей ценой?

Долгая тишина.

— Восемьсот тысяч долларов.

— Принимаю ваше предложение! Но я должен получить акции завтра. Я срочно оформлю банковский перевод, но сможете ли вы закончить всю бумажную работу к моему приезду?

— Конечно, мой мальчик, — сказал Эмсон без колебаний. — Я пошлю в аэропорт машину, которая будет ждать вас. Она же поступит в ваше распоряжение, пока вы будете в Лондоне.

— Благодарю вас, сэр Колин.

— Полегче вы с этим «сэром», молодой человек! Я в таком возрасте, когда достаточно просто имени. Дайте мне знать, когда хотите приехать, и всё будет готово.

— Благодарю вас… Колин.

Ричард повесил трубку. К шести часам утра он уже был в аэропорту Кеннеди, где зарезервировал место в самолёте, вылетавшем в Лондон в девять пятнадцать. Он также купил билет на обратный рейс, прибывающий в Нью-Йорк в час тридцать пять следующего дня. Таким образом, до собрания акционеров в среду в два часа дня у него оставалось ровно двадцать четыре часа.