Олег Суворов - Красотки кабаре

– Ты забываешь, что я тоже отношусь к этой кучке! Да, мы сейчас действуем как кроты, незаметно подрывая все это и без того уже шаткое спокойствие…

– Зачем?

– Во имя социальной справедливости!

Вульф снова усмехнулся и невесело покачал головой.

– А представь, что вы добьетесь своей цели. Существующий порядок рухнет, толпы выйдут на улицы – и кто их тогда возглавит? Тот самый фанатик, которого ты так опасаешься? Неужели разгул безумной и кровавой вакханалии будет оправдан ныне существующей несправедливостью? И неужели из этой грядущей вакханалии сможет родиться нечто лучшее? К счастью, этого никогда не будет… Однако почему нет музыки?

Действительно, оркестр, едва закончив «Сказки Венского леса», тут же начал играть «На прекрасном голубом Дунае», но внезапно смолк на первых же тактах, а движение гуляющей толпы словно бы застопорилось.

– Эй, кельнер! – окликнул Вульф.

– Что прикажете, господа?

– В чем дело?

– Только что получено известие из Сараева. Его королевское высочество эрцгерцог Франц Фердинанд и его супруга пали жертвой злодейского убийства…

Утром 28 июня 1914 года открытый автомобиль эрцгерцога Франца Фердинанда медленно петлял по узким улочкам Сараева, где его уже поджидали шесть заговорщиков. Это были представители боснийской молодежи – шестеро юношей-сербов, решивших посвятить свои жизни делу создания «Великой Сербии», – то есть объединения вокруг Белграда всех сопредельных земель, населенных по преимуществу этническими сербами. Они прекрасно знали, на что шли, – пример русских террористов был у них перед глазами.

Оружие было получено в Белграде, от подпольной организации офицеров сербской армии, носившей название «Черная рука» и возглавляемой полковником Драгутином Димитриевичем. Тайные агенты этой организации помогли юным террористам пересечь австро-сербскую границу и добраться до Сараева. В 1914 году правительство Сербии не хотело войны – страна еще не успела оправиться от двух балканских войн, которые славянские страны на Балканах вели сначала с ослабшей Османской империей, а затем и между собой, деля «турецкое наследство». Но ни король Александр, ни премьер-министр Николай Пашич не контролировали собственных военных, активно разжигавших антигабсбургские настроения. В последний момент Пашичу удалось узнать о готовящемся покушении, но единственное, что он мог сделать, – это послать в Вену довольно туманное предупреждение о том, что во время визита в Сараево эрцгерцогу будет угрожать опасность.

Могучий, широкоплечий и вечно хмурый – никто и никогда не видел его улыбающимся – эрцгерцог Франц Фердинанд проигнорировал это предупреждение. Впрочем, вполне вероятно, что оно до него просто не дошло – при австрийском дворе откровенно недолюбливали эрцгерцога, обладавшего «затылком бульдога и неподвижно-холодными глазами», и его жену – такую же неприветливую и непривлекательную, как ее муж. Более того, старый император Франц Иосиф страстно ненавидел наследника престола, который был настолько туп, что не умел скрывать свое нетерпеливое желание поскорее занять его трон.

Покушение на эрцгерцога чем-то напоминало убийство русского царя Александра II. Первый из заговорщиков метнул бомбу, но сделал это так неумело, что она разорвалась под колесами машины охраны, которая следовала за автомобилем, в котором, помимо шофера, находился сам Франц Фердинанд, его жена, урожденная графиня Котек, и губернатор Боснии и Герцеговины. Возникла небольшая заминка, но вскоре эрцгерцог приказал ехать дальше. Его личный шофер не знал Сараева, а потому через какое-то время вынужден был притормозить на перекрестке, чтобы выбрать дальнейший маршрут. По воле судьбы автомобиль эрцгерцога остановился напротив второго из заговорщиков – восемнадцатилетнего студента, чахоточного Гаврилы Принципа. Он-то и сделал те два выстрела, благодаря которым навсегда остался в истории (сам он спустя три года умер от туберкулеза в австрийской тюрьме). Однако то ли от волнения, то ли от неумелости рука покушавшегося дрогнула, и вторую пулю, предназначавшуюся губернатору, Гаврило Принцип всадил в жену Франца Фердинанда.

Несколько часов спустя оба супруга скончались от полученных ран. Население Австро-Венгерской империи восприняло это известие безо всякой печали. Более того, многие даже обрадовались тому, что теперь престолонаследником станет гораздо более популярный и симпатичный эрцгерцог Карл.