Александра Маринина - Ад

Постепенно ей удалось уговорить себя, убедить, что ее вины ни в чем нет, а уж тем более в самоубийстве матери. Если кто и виноват по-настоящему, то Родислав и Денис, вот с кого спрос должен быть.

Родислав, в отличие от Кирилла, звонил постоянно, каждый день, да и приходить стал чаще, подолгу разговаривал с Денисом, Даша же от разговоров самоустранялась, и ничего, кроме хамства и грубости, «дядя Родик» от нее не слышал.

— Ну что, доволен? — заявляла она, заставая отца у себя дома. — Добился своего? Свел мать в могилу, теперь гуляешь на свободе. Чего ты ходишь сюда? Чего ты таскаешься? Думаешь, тебе наследство перепадет? Убирайся, мы и без тебя проживем, и без подачек твоих нищенских.

Даша хорошо умела считать и прекрасно понимала, что без финансовой поддержки Родислава они с братом и двух месяцев не протянут, ее зарплаты и пенсии Дениса хватит только-только на квартплату и более чем скромное питание, ни о каких репетиторах, оплате Интернета и прочих необходимых тратах речь идти не может, но ей так хотелось быть гордой и независимой хотя бы в собственных глазах, ей так хотелось выглядеть незаслуженно обиженной жизнью, вынужденной существовать в окружении людей, виноватых в ее несчастьях.

Однажды на улице к ней подошел приятной наружности мужчина с добрыми глазами и протянул какую-то брошюру.

— Я вижу, у тебя тяжело на душе, сестра. Возьми это, прочти, и тебе станет легче. Приходи к нам, и ты поймешь, что такое жить среди людей, которые тебя любят и принимают такой, какая ты есть, без лжи, без притворства, без ненужных обязательств. Мы тебе поможем, только доверься нам.

— Кому это — вам? — недоверчиво насупившись, спросила Даша, опасливо убирая руки за спину.

Ее предупреждали, что ни в коем случае нельзя протягивать руку и вступать в физический контакт с подозрительными людьми, особенно с женщинами-цыганками, которые возьмут тебя за ручку, заговорят, забормочут — и денежек как не бывало. Правда, перед ней стоял мужчина и он совершенно точно не был цыганом, но все-таки…

— Мы — Братство Любви и Света, — сказал мужчина. — Мы видим, сколько несчастных и обиженных жизнью вокруг нас, и мы стремимся сделать все, чтобы им помочь. С тобой жизнь обошлась несправедливо, она тебя очень обидела, но если ты прочтешь брошюру и придешь на наше собрание, ты узнаешь, что такое покой в душе и какое это счастье, когда тебя все любят.

Она взяла брошюру, забыв об опасениях: очень уж мягкой и светлой была улыбка незнакомца. Но читать ее Даша, разумеется, не собиралась. Просто сунула в сумку и тут же забыла.

Однако через несколько дней, вытаскивая из огромной, со множеством отделений, сумки кошелек, чтобы купить проездной, Даша наткнулась на брошюру. А что? Все равно в метро ехать минут сорок, можно и почитать.

Из метро Даша Спичак вышла другим человеком. В конце брошюры был напечатан контактный телефон для тех, кто хотел бы посетить собрание Братства Любви и Света. Едва выйдя из вестибюля, Даша набрала номер. Ей ответил приветливый женский голос, который подробно объяснил, когда и куда ей нужно приехать. Впервые за долгое время настроение у Даши было приподнятым. «Теперь все будет по-другому, — радостно думала она. — Теперь я смогу стать счастливой».

В открытое окно вливался свежий, но все еще теплый воздух июльского вечера. Денис повернулся на бок и посмотрел на часы: через полчаса вернется Даша, она каждый четверг уходит куда-то и возвращается в одно и то же время.

— Юль, — он тихонько потряс дремлющую рядом подругу, — просыпайся, пора вставать, скоро Дашка вернется.

Юля сонно потянулась и улыбнулась.

— Скорее бы мне уже исполнилось восемнадцать! Так надоело от твоей сестры прятаться.

— Ничего, еще полгодика — и можно жениться.

Юля обняла Дениса и прижалась к нему всем телом.

— Юлька, не балуйся, — он с улыбкой отстранил девушку и потянулся за стоящими у изголовья костылями. — Ты меня сейчас заведешь, и Дашка нас застукает. Где мои плавки? Куда ты их опять спрятала?

— Не скажу! — Юля показала ему язык и ловко выбралась из постели. — Ходи так. Будешь на костылях и с голой попой. А я буду смотреть и радоваться. Я обожаю твою попку!

Она наклонилась, чмокнула Дениса в ягодицу и помогла ему встать. Через пять минут оба, вполне одетые, чинно сидели за столом на кухне и собирались ужинать. Звонок в дверь удивил обоих.

— Дашка ключи забыла, что ли? — пробормотал Денис, собираясь выдвинуться в прихожую.