Артур Хейли - Перегрузка

Карен встретила Нима в своей квартире тем же лучистым взглядом, так хорошо запомнившимся ему с их предыдущей встречи.

— Я знаю, эта неделя выдалась для вас трудной. Я читала о ежегодном собрании вашей компании и кое-что видела по телевизору, — явно сочувствуя ему, проговорила Карен.

Ним невольно состроил гримасу. Телевизионные отчеты посвящались в основном возникшей сумятице, но опускались сложные проблемы, которые подвергались рассмотрению в течение пяти часов — разные вопросы, дискуссии, голосования по резолюциям, — все, что произошло уже после вынужденной паузы. (Справедливости ради Ним не мог не признать, что телевизионщиков, снимавших только снаружи, все же следовало допустить и в залы заседаний.) Во время получасового перерыва порядок был восстановлен, после чего длиннющее собрание продолжилось. В конце его ничего уже в принципе не изменилось, разве что измотанными выглядели все участники, и тем не менее любое из намеченного получило публичный выход. К удивлению Нима, на следующий день в «Калифорния экзэминер» за подписью Нэнси Молино была изложена наиболее всесторонняя и сбалансированная точка зрения на произошедшее.

— Если ты не возражаешь, — сказал он Карен, — на какое-то время мне хотелось бы вычеркнуть из памяти весь этот цирк.

— Считайте, что уже вычеркнули, Нимрод. Какое там собрание? Я никогда о нем не слышала.

Он рассмеялся, после чего сказал:

— Мне очень понравились ваши стихи. Вы что-нибудь опубликовали?

Она покачала головой и, сидя в кресле-коляске напротив гостя, снова напомнила ему, что это была единственная часть тела, которой она могла двигать.

Сегодня он появился здесь отчасти и потому, что ощущал необходимость хотя бы ненадолго отвлечься от раздрая в «ГСП энд Л», но главным образом из-за того, что ему очень хотелось повидаться с Карен Слоун. Причем это желание подкреплялось ее шармом и удивительной красотой. Она была такой же, какой ему запомнилась: блестящие, спадающие на плечи светлые волосы, благородные черты лица, полные губы и идеальная кожа с перламутровым отливом.

С некоторой долей юмора Ниму подумалось: «А если я влюблюсь?» Коль скоро это именно так, речь пошла бы о серьезной перемене в его жизни. В подавляющем большинстве случаев он занимался сексом без любви. А вот от Карен он получил бы любовь без секса.

— Стихи я пишу так, для собственного удовольствия, — сказала Карен, — а сейчас я работаю над текстом своего выступления.

Он уже заметил электрическую печатную машинку у нее за спиной. В каретку был вставлен частично отпечатанный лист бумаги. Другие листы были разложены на стоявшем рядом столике.

— И что это за выступление. И главное, о чем?

— Будет проводиться съезд адвокатов. Группа адвокатов штата работает над докладом о законах, касающихся людей-инвалидов, в большинстве штатов и в других странах. Кое-какие законы тут действуют, другие нет. Я как раз занимаюсь их изучением.

— Значит, вы будете говорить с юристами о праве?

— А почему бы и нет? Юристы погрязли в теории. Им нужен какой-нибудь практик, который расскажет им, что фактически происходит с этими законами и актами. Поэтому они обратились ко мне, к тому же я и раньше этим занималась. Я собираюсь говорить главным образом о пара- и тетраплегиках, чтобы прояснить некоторые ошибочные концепции.

— Что это за ошибочные концепции?

Пока они разговаривали, из соседней комнаты доносились характерные кухонные шорохи. Когда Ним позвонил утром по телефону, Карен пригласила его на обед. И сейчас Джози, сестра-хозяйка, которую Ним встретил здесь при первом своем появлении у Карен, готовила еду.

— Я вам отвечу, — сказала Карен, — но моя правая нога начинает затекать.

Ним встал и нерешительно подошел к креслу-коляске. Правая нога Карен лежала на левой.

— Просто поменяйте их местами. Левую на правую, пожалуйста. — Она сказала это как о чем-то само собой разумеющемся. Ним вдруг ощутил красоту ее стройных ног в нейлоновых чулках. От прикосновения к ее теплым ногам он почувствовал возбуждение.

— Спасибо, — с благодарностью проговорила Карен. — У вас нежные руки. — Когда он с удивлением взглянул на нее, она добавила: — Это и есть одна из ошибочных концепций.

— Какая же?

— Что парализованные люди лишены нормальных ощущений. Некоторые парализованные люди действительно уже ничего не могут ощущать, однако у постполиотиков вроде меня все осязательные способности могут оставаться незатронутыми. Поэтому, хотя я и не способна двигать конечностями, у меня ничуть не меньше физических ощущений, чем у любого здорового человека. Ноги и руки могут ощущать дискомфорт или «засыпать», и тогда необходимо менять их положение, что вы сейчас и проделали по моей просьбе.