Джеффри Арчер - 36 рассказов

Теду было не до смеха, когда портной прислал ему счет, особенно после того как он узнал, что каждый из мундиров он вряд ли наденет больше двух раз в год.

— Зато после ухода на пенсию ты будешь завоевывать все призы на маскарадах, — сказала Хэйзел.

Вновь назначенный губернатор и командующий вооруженными силами Сент-Джорджа вылетел с супругой к месту службы 12 января 1971 года. Их встречали премьер-министр как первый гражданин колонии и верховный судья как законный представитель королевы. Губернатор принял парад из шести свободных от службы полицейских, а городской оркестр сыграл национальный гимн. На крыше здания аэропорта подняли королевский штандарт «Юнион Джек», и послышались легкие аплодисменты собравшихся здесь же двадцати или тридцати местных знаменитостей.

Сэр Тед и леди Баркер проследовали в свою официальную резиденцию в огромном старом «ровере», который служил еще двум предыдущим губернаторам. Доехав до ограды, водитель выскочил из машины, чтобы открыть ворота. Он вернулся за руль, автомобиль тронулся, и супруги впервые увидели свой новый дом.

Дворец в колониальном стиле был великолепен по любым меркам. Построенный, очевидно, во времена расцвета Британской империи, он оказался несоразмерен ни значению архипелага, ни нынешнему положению Англии в мире. При этом, как скоро обнаружили губернатор и его супруга, величина его не всегда соответствовала практической пользе или комфорту.

Система кондиционирования воздуха не работала, а водопровод был ненадежен. Миссис Роджерс, приходящая домработница, регулярно отсутствовала по болезни. И единственное, что оставил после себя прежний губернатор, был старый черный лабрадор. При этом Министерство иностранных дел не выделяло средств на решение разнообразных проблем колонии, а когда Тед упоминал о них в своих телеграммах, ему советовали сокращать расходы.

Через несколько недель Тед и Хэйзел стали воспринимать Сент-Джордж как огромный избирательный округ, расположенный на нескольких островах, из которых самыми крупными были Саффолк и Эдвард. Это воодушевило Теда, и он подумал, не это ли имел в виду премьер-министр, когда предлагал ему пост.

Обязанности губернатора нельзя было назвать обременительными: б о льшую часть времени Тед и Хэйзел посещали больницы, выступали с речами на открытии конкурсов в школах, а также входили в состав жюри на выставках цветов. Самым ярким событием года бывал, несомненно, официальный День рождения Королевы в июне, когда губернатор устраивал для местных сановников прием в саду, а Саффолк играл против Эдварда в крикет. Впрочем, для большинства граждан колонии это был всего лишь повод для законного пьянства в течение двух дней.

Тед и Хэйзел свыклись с местными особенностями и на пять лет погрузились в ненавязчивую дипломатию в кругу приятных людей, живущих в прекрасном климате. Они не видели ни единого облачка на горизонте, которое угрожало бы их безмятежному существованию.

Пока один телефонный звонок не переполошил их.

Это случилось утром в четверг, когда губернатор изучал содержимое свежего номера «Таймс» за понедельник той же недели. Он отложил чтение длинной статьи о встрече в верхах в Вашингтоне и решил для начала справиться с кроссвордом, когда его личный секретарь Чарльз Робертс вбежал в кабинет, не постучавшись.

Тед сразу же понял, что случилось что-то весьма важное. Раньше он никогда не видел, чтобы Чарльз бегал, и уж конечно тот никогда не позволял себе входить в его кабинет без стука.

— Звонит Маунтбеттен, — выпалил Чарльз.

Он вряд ли был встревожен больше, если бы ему сообщили, что к северной части острова приближаются немцы. Губернатор поднял бровь.

— Адмирал флота граф Маунтбеттен, — повторил Чарльз, как будто Тед его не понял.

— Ну так соединяйте, — тихо сказал Тед, закрывая «Таймс» и кладя ее на стол перед собой. За последние двадцать лет он трижды встречался с Маунтбеттеном, но сомневался, что у великого человека остались хоть какие-то воспоминания об этих встречах. Хотя во время третьей Теду понадобилось уйти во время выступления адмирала, поскольку он вдруг почувствовал себя нехорошо. Теперь он и представить себе не мог, о чем Маунтбеттен хотел бы поговорить с ним, но у него не было времени поразмыслить над этим, поскольку телефон на его столе уже звонил.

Тед поднял трубку, все еще не решив, как обращаться к собеседнику: «милорд» как к графу, «командующий» как к бывшему начальнику генерального штаба, или «адмирал», поскольку звание адмирала флота дается пожизненно.