Джеффри Арчер - 36 рассказов

Впервые Роберт Генри Кеффорд III, для друзей — просто Боб, услыхал о правой руке Дуги Мортимера, лежа в постели с девушкой по имени Хелен.

Бобу было жалко покидать Кембридж. Он провел в Сент-Джонс [18] Колледж в составе Кембриджского университета. — Прим. пер. три восхитительных года, и хотя читал здесь не так много, как когда-то студентом в университете Чикаго, он приложил немало усилий, чтобы преуспеть в речной гребле.

В начале семидесятых не было ничего необычного в том, что американец побеждает в гребных соревнованиях «Rowing Blue», [19] «Rowing Blue» — принятое в Англии обозначение соревнований по академической гребле между командами Кембриджского и Оксфордского университетов; соревнования проходят ежегодно в марте или апреле на участке Темзы между городами Путни и Мортлейк. По традиции, команда Оксфорда выступает в темно-синей экипировке, а Кембриджа — в светло-синей. Отсюда и «blue» в названии гонки. В семидесятых успехи американцев в этом виде спорта, к примеру, на Олимпиадах, были неоспоримы. — Прим. пер. но чтобы он три года подряд приводил к победе кембриджскую восьмерку в качестве загребного — такого прежде не случалось.

Отец Боба, Роберт Генри Кеффорд II, для друзей — просто Роберт, все три раза приезжал в Англию, чтобы посмотреть, как его сын участвует в гонках. После того как Боб в третий раз привел Кембридж к победе, отец заявил, что он не может вернуться в свой родной Иллинойс, пока не преподнесет университетскому гребному клубу какой-нибудь незабываемый подарок.

— И запомни, мой мальчик, — заявил Роберт Генри Кеффорд II, — подарок не должен быть претенциозным. Надо продемонстрировать, что ты приложил определенные усилия, чтобы в итоге вручить им нечто, представляющее историческую ценность, а не просто что-то очень дорогое. Британцы это любят.

Боб потратил не один час, размышляя над словами отца, но ни одной стоящей идеи у него так и не появилось. Как ни крути, гребной клуб Кембриджского университета завоевал куда больше серебряных кубков и трофеев, чем мог выставить на своих стендах.

И вот в то воскресное утро Хелен впервые произнесла имя Дуги Мортимера. Они с Бобом лежали в обнимку, когда она решила пощупать его бицепсы.

— Это что, какая-то давняя английская разновидность любовной прелюдии, о которой я еще не знаю? — спросил Боб, кладя свободную руку на плечо Хелен.

— Нет, конечно, — ответила Хелен. — Я просто хотела проверить: у тебя такие же большие бицепсы, как у Дуги Мортимера?

Так как Боб никогда прежде не сталкивался с девушкой, которая говорила бы о другом мужчине, лежа в постели с ним, он не сразу нашел, что сказать.

— Ну и как? — осведомился он через какое-то время, сгибая руку.

— Трудно сказать, — ответила Хелен. — Я же никогда не прикасалась к руке Дуги, только видела ее на расстоянии.

— И где же ты видела этот образчик мужской силы?

— Он висит над барной стойкой в пабе в Халле, это город, где живет мой отец.

— Наверное, этому Дуги Мортимеру немного больно? — со смехом спросил Боб.

— Думаю, ему абсолютно все равно, — сказала Хелен. — Ведь он умер больше шестидесяти лет назад.

— И что, его рука до сих пор висит в пабе? — с явным сомнением в голосе спросил Боб. — Она же, наверное, воняет?

На этот раз рассмеялась Хелен.

— Нет, тупой янки. Это бронзовое изваяние его руки. В те годы, если ты выступал за университетскую команду три года подряд, с твоей руки делали бронзовый слепок и вешали его в помещении клуба. Не говоря уж о карточке с твоей фотографией, которую вкладывали в каждую пачку сигарет «Плэйерс». Я, кстати, никогда не видела твоей карточки в пачке сигарет, задумайся об этом, — сказала Хелен.

— А он выступал за Оксфорд или за Кембридж? — спросил Боб.

— Без понятия.

— И как называется этот паб в Халле?

— «Король Уильям», — ответила Хелен, и Боб убрал руку с ее плеча.

— А это такая американская любовная прелюдия? — спросила она чуть погодя.

Тем же утром, но уже после того как Хелен отправилась домой, Боб стал рыться на своих книжных полках в поисках книги с голубой обложкой. Наконец он откопал чрезвычайно древнюю «Историю гребных соревнований» и, просмотрев оглавление, выяснил, что там значатся целых семь Мортимеров. Пятеро выступали за Оксфорд и двое — за Кембридж. Внимание Боба привлек Мортимер Д. Дж. Т., биография на странице 129. Он пролистал книгу в поисках нужной страницы. Так: Дуглас Джон Таунсенд Мортимер (Святая Катарина, Кембридж, 1907–1908–1909), загребной. Боб прочитал краткую информацию о спортивной карьере Мортимера.