Георгий Черчесов - Испытание

Возвратился Илья с кастрюлей и дымящейся сковородой. «Сперва отца покормим, потом сами сядем за стол», — сказал он. Майрам вспомнил: в сумке у него, что оставил у порога, есть парочка бутылок чешского пива. Бабек Заурбекович радостно подморгнул ему — выяснилось, что пиво да виноград — лучшего ничего для него нет.

Пошел Майрам за пивом, возвратился и… чуть не уронил бутылки. Илья сидел возле кровати отца и с ложечки кормил его. Только в этот момент Майрам увидел, что у Бабека Заурбековича нет рук. А Илья, будто не заметил растерянности, кивнул на стол: «Там стоит стакан — плесни в него пивца…» И пивом сын поил отца, поднеся к его губам стакан…

Бабек Заурбекович понял, что Илья не сказал напарнику, какой калека отец, — оттого и смотрит на него во все глаза Майрам, — через силу улыбнулся и нарочито весело заявил: «Вот так и живу, Майрам…»

Потом так и повелось: как Майраму представлялся случай приобрести чешское пиво, он брал и для Бабека Заурбековнча. Часто заглядывал и на базар, придирчиво выбирал виноград, не считаясь с ценой. Лучшей радости для Майрама не было, как счастливая улыбка отца Ильи.

Снаряд, оторвавший руки Бабеку Заурбековичу, задел и позвоночник. Но эта рана не давала знать о себе почти двадцать лет. Инвалиду войны дали квартиру в городе. «Один хороший человек выхлопотал для меня, — пояснил отец Ильи. — И работу мне нашли сносную: сидел в будке на проходной — покажут мне пропуск, нажму ногой на рычажок — вертушка крутится, и человек проходит на завод… А потом вот ноги отнялись. Из-за того осколочка, что повредил позвоночник… И теперь целыми днями читаю да телевизор смотрю… Да еще хлопоты всей семье доставляю…»

Однажды, расчувствовавшись, Бабек Заурбекович приподнялся на кровати и попросил Майрама заглянуть под нее. «Видал? — шепотом уточнил он. — Один из соседей работает на радио. Очень ему нравится, как я рассказываю разные случаи. Говорит, могут представить интерес для радиослушателей. Принес мне магнитофон. Вот мы теперь с Петей и организовали заговор. Как он возвращается из школы, поест да меня накормит, так и включает магнитофон, а я рассказываю. Потом слушаем, обсуждаем, если не то, списываем запись да снова начинаем… Теперь, мне кажется, получается. Вот когда все удивятся! — тут Бабек Заурбекович спохватился, попросил Майрама: — Ты уж, друг, не проговорись, не выдай мою задумку».

В другой раз он шепнул Майраму: «Не знаю, что у меня выходит, а внук придумал такое: мои рассказы с магнитофона на бумагу переписывает, потом поправляем и снова записываем… Спорим мы с ним о каждой фразе…»

В день Победы Майрам застал Бабека Заурбековича в стареньком кителе с орденами на груди. По случаю праздника помимо доставленного Майрамом пива Бабек Заурбекович выпил стаканчик беленькой, развеселился, острил… Потом, когда его перенесли на кровать, заскучал, стал рассказывать Майраму о войне, о том, что ему пришлось пережить… На прощанье подмигнул Майраму: «Теперь нас трое: Петя, я и мой сосед радиожурналист… Решили книгу писать»…

…Прежде чем отправиться в гости к Бабеку Заурбековичу, Майрам настоял, чтобы они с Ильей заглянули на базар. Но отец Ильи даже не взглянул на виноград. Он обрадовался гостю и нетерпеливо стал расспрашивать о съемках. Утолив свое любопытство, откинулся спиной на постель и, прищурившись, уточнил у Майрама:

— А знаешь ли ты, с кем скитался по миру ваш легендарный Мурат?

— Это я знаю, Дзамболат рассказывал. С Таймуразом Тотикоевым, сынком зажиточного горца. Гордый, себялюбивый был. На танцах увидел девушку и в ту же ночь похитил. Своего друга Тотырбека Кетоева уговорил помочь ему…

— На свою голову этот друг согласился. Не знал Тотырбек, что унесут они в бурке Зарему, которую он сам любил, — сокрушалея Бабек. — Надо же! Как бывает в жизни, а?.. Она тайно была влюблена в Таймураза и вовсе не догадывалась, что похищенной-то оказалась по ошибке — в темноте комнаты Таймураз вместо Мадины — старшей дочери Дахцыко Дзугова — закутал в бурку младшую девчушку… Утром, когда в пещеру, куда доставил похититель свою жертву, проник бледный утренний свет, он к ужасу своему увидел не свою избранницу.

Коротким было счастье Заремы. Гордый Таймураз не мог снести усмешки судьбы. Любовь чистой и искренней, но нежеланной девушки тяготила его. И однажды он, инсценировав свою гибель в бурной горной реке, бежал из Осетии. В пути он присоединился к Мурату Гагаеву, отправлявшемуся на заработки, и многие годы вместе с ним скитался по разным странам.