Герхард Грюммер - Скитания

Некоторые благоразумные люди с той и с другой стороны пытались растащить расходившихся вояк, которые походили на задиристых петухов. Слышалась громкая перебранка. Каждый обвинял другого в возникшей перепалке. «В драке как на войне», — подумал Гербер. Разъяренные люди стояли друг против друга. На одной стороне — матросы, на другой — парашютисты.

Гербер ринулся в центр. Два обер-егеря помогли ему. Как выяснилось, причина ссоры была пустячной. Обе группы шли по тротуару навстречу, и никто не хотел уступать дорогу. Острая шутка, несколько бранных слов — и завязалась потасовка. Выяснение отношений велось на повышенных тонах. Большинство вояк находились в подпитии, и их объяснения было трудно понять.

В это время из боковой улочки послышался топот подкованных сапог, не предвещавший ничего хорошего. Он не мог принадлежать парашютистам — они носили высокие ботинки со шнурками на толстой резиновой подошве. Моряки были обуты в легкие полуботинки. Подбитые гвоздями сапоги на корабле вообще не увидишь. Такой топот могли издавать только жандармы.

Перед этими «цепными псами» как моряки, так и парашютисты испытывали панический страх. Жандармы были жестоки, беспощадны. Любого «подозрительного» они зверски избивали. Встречи с ними часто заканчивались полевым судом или штрафными ротами.

В течение нескольких секунд толпа дерущихся рассеялась. Обер-егеря, убегая, захватили с собой и Гербера. Отработанными приемами они взломали первую попавшуюся дверь и через какие-то бочки и ящики проскочили к соседнему кварталу. Гербер едва за ними поспевал. Ему не хватало кошачьей хватки парашютистов.

Наконец они сделали короткую остановку. Бешеный бег с препятствиями, кажется, не произвел на тренированных парашютистов никакого впечатления, а у Гербера уже перехватило дыхание и сердце готово было выпрыгнуть из груди. В тени какого-то подъезда они прислушались: все ли спокойно?

В этот момент из-за угла показались жандармы. Их легко было распознать по стальным шлемам и блестящим нагрудным бляхам.

Бежать было поздно. Тесно прижавшись друг к другу, стояли в тени подъезда три беглеца. Гербер затаил дыхание. Парашютисты опустили руки в карманы.

Им повезло. Жандармы прошагали мимо, не заметив их. Товарищи по несчастью подождали несколько минут и осторожно по извилистым переулкам пробрались к рыбному рынку. Теперь можно было не бояться. Недавно туманным утром здесь, прямо на мостовой, был обнаружен мертвый жандарм. Расследование ничего не дало. С тех пор ни один патруль не заходил в этот район.

Гербер пригласил своих новых товарищей выпить бутылку вина. Парашютисты были под Монте-Кассино и имели много наград от командира дивизии генерала Рамке. Они гордились своим прозвищем — «зеленые черти». Их рассказы превосходили все, что он до сих пор слышал от военных моряков. А это о чем-то говорило!

— …От вокзала нас отвозили на автомашинах, так как поезда дальше не ходили. Первая машина должна была разведать и обозначить нам дорогу. С этой целью мы у каждого городского коменданта забирали с собой сколько можно арестованных итальянцев. А за городом наш командир вешал их одного за другим на придорожных деревьях. Поэтому мы всегда были уверены, что не сбились с пути…

— …Наша рота дружно отправилась в кабаре. Всех посторонних, прыгунов и прочих паяцев просто выгнали в подштанниках на улицу. Перед дверью выставили двух часовых с автоматами и — давай! С баб их тряпки долой, и всех их, включая старух, так обработали… что заведение три дня было закрыто. Обезьянки заболели…

— …В Рене все выпили. Делать там было нечего. Железная дорога не работала: она была разбита авиацией томми. Мы должны были до Мало топать пехом. Об этом не могло быть и речи. Мы же егеря, а не пехота! Стали мы по углам улиц в середине города и начали задерживать всех французов на велосипедах. Пистолет к морде: «Слезай, месье!» И поехали на колесах…

Гербер спросил, зачем в подъезде они схватились за карманы. Ухмыляясь, обер-егеря достали специальные ножи. При нажиме кнопки выскакивал широкий клинок. Гербер попробовал его и убедился, что он был остр как бритва.

— Если бы нас эти псы обнаружили… — Они сделали красноречивое движение. — «Вы можете поступать как вам вздумается, даже убить человека, — внушал нам батальонный командир, — лишь бы вас не поймали. Если поймают, то вам придется отвечать. Но только за то, что вы попались. Только за то, что попались».