Герхард Грюммер - Скитания

Лейтенант Адам сидел в штурманской рубке, склонившись над таблицами, картами и схемами лунных фаз. Он был занят какими-то расчетами. Гербер с любопытством подошел ближе.

— Я рассчитываю, когда и где начнется вторжение, — сказал Адам.

Гербер с удивлением посмотрел на него.

— Совсем нетрудно рассчитать. Естественно, в Лондоне выберут время, когда метеорологические условия наиболее благоприятны. Это будет почти безлунная ночь, с тем чтобы движение кораблей к нашему берегу нельзя было заметить визуально. Десантные корабли должны иметь малую осадку, чтобы при приливе подойти возможно ближе к отлогому берегу и на рассвете начать высадку. Посмотрите сюда, Гербер! Седьмое или восьмое мая были для них самыми подходящими днями. Из записей в вахтенном журнале следует, что в этот день был самый сильный воздушный налет. Вероятно, что-то они запланировали, а затем по каким-то причинам отменили. В тот день было волнение в четыре балла. Возможно, его сочли слишком большим.

— И когда же придет следующий срок? — спросил Гербер, затаив дыхание.

— Четвертого — шестого июня, — ответил Адам. — Я думаю, в одну из этих ночей они появятся.

Гербер был обескуражен. Как точно и со знанием дела лейтенант Адам обосновал свою точку зрения! Лично он имел о вторжении только самое общее, главным образом техническое, представление. Трезвые расчеты Адама, основанные на солидных знаниях, поразили его.

— Где же высадятся союзники?

— К сожалению, никто на континенте этого не знает. Можно лишь приблизительно сказать, где войска противника не высадятся. Наш отрезок побережья как раз относится к этой категории. Повсюду рифы, узкий бетонированный фарватер, обрывистые берега. Эту позицию легко закрыть и контролировать. При правильно организованной системе артиллерийского огня двадцатикилометровую береговую полосу можно успешно оборонять против любого наступления.

Гербер склонился над морской картой:

— А здесь, у мыса Гриз-Нец?..

— Здесь действительно самая узкая часть пролива, но она слишком хорошо укреплена. Там находится батареи тяжелой артиллерии, которые в течение нескольких лет кряду наши иллюстрированные журналы помещали на парадных фотографиях… Голландское побережье непригодно к высадке по другой причине. На карте заштрихованы участки местности, которые расположены ниже уровня моря. Если взорвать дамбы, все они окажутся под водой. На это Великобритания не рискнет.

Немецкое побережье? Дания? Западная Франция? Но ведь радиус действия авиации противника ограничен. Англичане и американцы не будут высаживаться без прикрытия своей авиации.

— Ну и что же остается, обер-фенрих Гербер?

Герхард чувствовал себя как на экзамене. Требовательный и строгий господин профессор задал вопрос. Он хочет знать, подготовленным ли пришел к нему студент Гербер.

Гербер указал три пункта: Бельгия, Нормандия, Кальвадос.

Лейтенант Адам кивнул:

— Правильно. В одном из этих трех пунктов они высадятся.

Задумавшись покинул Гербер штурманскую рубку. Логические доводы действовали на него удручающе. «Наука — великая вещь, — подумал он. — Математика, астрономия, физика, химия… Вероятно, неплохо изучать и естественные науки. Не будет же война длиться вечно!»

Лекция лейтенанта Адама помогла ему побороть страх перед вторжением. Оставалось надеяться, что генералы верховного командования придут к тем же логическим выводам.

Тральщики получили боевой задание. Поскольку они имели слишком слабое вооружение, в штабе решили усилить их группу сторожевым кораблем. При настоящем положении нужно было считаться с опасностью воздушного нападения, возможно, даже с ночной атакой британских эсминцев.

Мучительным был сам выход по тесному фарватеру. На лидере появился сигнал следовать в кильватерной колонне. Разнообразные по классу и скорости корабли должны были сохранять определенную дистанцию.

Первые самолеты были замечены, когда корабли находились еще в сфере воздействия береговых зенитных батарей. Широкой дугой, как стая хищников, охватывали они движущийся отряд, находясь на безопасном удалении от берега. Пилоты ждали, когда корабли выйдут в открытое море.

И только последний тральщик прошел выходную сигнальную бочку, как самолеты пошли в атаку. Двадцать «тандерболтов» ринулись вниз на далеко растянувшийся отряд. Тактика пилотов была проста: они открывали огонь из бортового автоматического оружия по каждой пушке, повернувшейся тыльной стороной. Таким образом достигался наивысший эффект осколочного воздействия на орудийные расчеты.