Юрий Шестера - Бизерта

Андрей Петрович поднялся по трапу миноносца, отдав честь Андреевскому флагу на кормовом флагштоке, и к нему тут же подбежал дежурный офицер.

— Господин контр-адмирал, разрешите узнать цель вашего посещения корабля?

Тот окинул оценивающим взглядом мичмана с сине-белой повязкой на левом рукаве кителя. «Служба на миноносце поставлена в полном соответствии с требованиями Морского устава», — удовлетворенно отметил адмирал. А вид Андреевского флага и погон на кителе дежурного офицера явно приободрил его.

— Я хотел бы видеть командира миноносца. Он сейчас, кстати, на корабле?

— Так точно, ваше превосходительство! — доложил мичман. — Разрешите проводить вас к нему?

— Отставить, мичман! — неожиданно раздался властный командирский голос.

На верхнюю палубу вышел командир, предупрежденный рассыльным о прибытии на корабль контр-адмирала.

— Приветствую вас, ваше превосходительство, на борту эскадренного миноносца «Гневный»!

— Рад видеть вас, господин капитан первого ранга! — в тон ему ответил тот, и они крепко обнялись.

— Это мой старший брат, Василий Иванович, — пояснил Степан Петрович опешившему мичману, во все глаза удивленно смотревшему на незнакомого контр-адмирала, обнимающегося с его командиром, и усмехнулся его непосредственности.

— Вы свободны, мичман! — приказал он.

— Есть! — коротко ответил тот и, четко повернувшись через левое плечо, убыл в рубку дежурного офицера.

Братья не спеша пошли вдоль борта корабля.

— Меня, честно говоря, заинтриговало то обстоятельство, что один из твоих миноносцев окрашен в красный цвет. Это, случайно, не какая-нибудь военная хитрость? — усмехнулся Андрей Петрович.

— Все гораздо прозаичнее, Андрюша. Это «Цериго», который в связи со срочной эвакуацией из Севастополя просто не успели покрасить в цвет, принятый на флоте, после капитального ремонта, и он так и остался покрытым суриком* в качестве грунта.

Тот понимающе кивнул головой.

— И еще одно обстоятельство, привлекшее мое внимание. Где-то рядом слышен стук работающего дизеля и попахивает отработанной соляркой. К чему бы это?

— А ларчик-то просто открывался, — улыбнулся Степан Петрович, отдавая дань уважения наблюдательности брата. — Вон там, на левом фланге, — видишь? — адмирал утвердительно кивнул головой, — стоит подводная лодка «АГ-22», которая обеспечивает электроэнергией миноносцы эскадры, а те, в свою очередь, подзаряжаются от динамо-машины работающими дизелями.

— Правильно говорят, что голь на выдумки хитра, — усмехнулся Андрей Петрович. — Но тем не менее решение, несомненно, оригинальное. А покажи-ка мне свой корабль, Степа, — предложил он. — Ведь мне, к сожалению, так и не пришлось побывать на новых эскадренных миноносцах типа «Новик». Уж очень хочется сравнить его с тем миноносцем, которым командовал в Порт-Артуре.

— С превеликим удовольствием, Андрюша!

— М-да… Это тебе не мой порт-артурский «Бесстрашный», — заключил Андрей Петрович после осмотра миноносца. — Какое вооружение, сколько торпедных аппаратов! Ведь мы же в свое время так гордились тем, что наши миноносцы развивали скорость в двадцать пять — двадцать шесть узлов*, а тут — все тридцать четыре! Фантастика!

— Чему удивляешься, Андрюша? Ведь ты же прекрасно знаешь, что на этих миноносцах стоят турбины, а не пыхтящие паровые машины, — упрекнул Степан Петрович брата.

— Одно дело знать, а совсем другое видеть воплощенной инженерную мысль, так сказать, в металле. Ведь это же две большие разницы, Степа. Разве не разумеешь?

Тот согласно кивнул головой.

— Ну да ладно, — подвел итог Андрей Петрович. — Большое спасибо тебе, Степа, за экскурсию по твоему замечательному кораблю! А теперь приглашаю тебя осмотреть мою «резиденцию». Ведь нам есть о чем еще поговорить с тобой, не так ли?

— Безусловно, Андрюша. Но ты, как мне помнится, обещал продолжить нашу беседу вроде бы как под мадеру?

Андрей Петрович улыбнулся:

— Я, как ты, конечно, знаешь, слов на ветер не бросаю. Будет у нас с тобой, Степа, беседа под мадеру!

— Тогда вперед, Андрюша!

— Полный вперед, Степа! — уточнил тот.

Степан Петрович, осмотрев помещение, которое снял на время своего пребывания в Бизерте брат, удовлетворенно, но тем не менее с некоторым оттенком ревности отметил:

— А ты, Андрюша, оказывается, и без моей помощи можешь блестяще решать хозяйственные вопросы.

Тот усмехнулся: