Андрей Казымов - Коралловое море

Когда вернулись оставшиеся самолёты группы Такахаси «Сёкаку» получивший три бомбы горел в нескольких местах, сесть на него решился только один истребитель, всех остальных принял “Дзуйкаку”, несколько повреждённых машин были сброшены с его палубы в море для приёма самолётов «Сёкаку». Повреждённый корабль со скоростью 5 узлов шёл на север, пожары постепенно были потушены, водонепроницаемость корпуса не пострадала, только палуба была непригодна для полётов, на авианосце было 108 погибших и 40 раненых. Хотя на “Дзуйкаку” из состава авиагрупп с обоих авианосцев имелся 71 самолёт, в исправном состоянии, способными немедленно взлететь были только 24 истребителя, 9 пикировщиков и 6 торпедоносцев. Видимо с такими силами адмирал Хара пока не думал о повторной атаке, тем более пилоты доложили об уничтожении обоих авианосцев противника. Японское соединение медленно отходило на север прикрывая повреждённый авианосец, когда в 18:00 был получен приказ из Рабаула от адмирала Иноуэ: “Ударному соединению прекратить бой и отходить”. Командующий 4-м флотом оценив обстановку решил, что без авиационного прикрытия высадка десанта в Порт-Морсби не возможна, он принял решение отложить операцию “МО" до 3 июля, Транспортное соединение так же получило приказ отходить в Рабаул. С таким решением подчинённого не согласился Командующий Объединённым флотом адмирал Ямамото, он был недоволен, что Иноуэ не смог развить успех, достигнутый в бою с соединением противника, видимо опасаясь, что один из авианосцев может быть повреждён и ему удастся уйти. В приказе, отправленном в Рабаул, он требовал принять все меры к окончательному разгрому вражеского соединения, но он не отменил решение Иноуэ об отмене высадки десанта. После полуночи адмирал Такаги получил новый приказ вновь войти в соприкосновение с противником, “Дзуйкаку” и корабли охранения повернули на юг, хотя и Такаги и Хара считали, что это вряд ли им удастся. Следующие два дня самолёты с крейсеров и “Дзуйкаку” вели поиск кораблей противника, в полдень 10 мая к соединению Такаги присоединился адмирал Гото со своими тяжёлыми крейсерами и эсминцем, только ночью 11 мая убедившись в бесполезности поиска им разрешили следовать в базы.

«Сёкаку» под эскортом трёх эсминцев ушёл на ремонт в Японию, во время перехода попав в шторм он принял много воды и чуть не затонул, авианосец прибыл в Куре 17 мая, и простоял в ремонте до августа. “Дзуйкаку” пришёл в Куре 21 мая, за пять дней до выхода авианосцев 1-й и 2-й дивизий к Мидуэю, по официальной японской версии он не участвовал в сражении из-за больших потерь в авиагруппе. При внимательном рассмотрении версия эта кажется не убедительной, на авианосце в тот момент имелось самолётов и экипажей с обоих кораблей 5-й дивизии даже больше штатной численности его авиагруппы, а переучивать пилотов полётам с однотипного авианосца не требовалось.

Сражение в Коралловом море было первым в своём роде, когда корабли участников даже не видели друг друга или приблизились бы на расстояние пушечного выстрела. Вместо этого, самолёты выполняли роль артиллерии. Поэтому адмиралы боевых групп участвовали в новом виде морского противостояния: авианосец против авианосца. Оба адмирала не имели соответствующего опыта подобных сражений. Из-за потребности в быстром принятии решений, японцы оказались в проигрышной ситуации, поскольку адмирал Иноуэ находился на базе Рабаул, а Флетчер непосредственно на одном из кораблей

25 мая на борту флагмана Объединённого флота линкора “Ямато” вице-адмирал Такаги перед командирами и штабными офицерами сделал подробный доклад о бое в Коралловом море, но это не помогло. Времени на изучение уроков, разбор ошибок и принятия мер к их недопущению в дальнейшем у японцев уже не осталось. На следующий день Ударное авианосное соединение адмирала Нагумо вышло в море, что бы погибнуть у Мидуэя. Все промахи и ошибки, допущенные в Коралловом море, повторятся у Мидуэя часто в большей степени и с более тяжелыми последствиями.

Противник ничего не знает о наших планах, его силы появятся в районе операции только через некоторое время после нанесения нами первого удара, он никогда не сможет прочитать наши закодированные радиограммы, вот те три ошибочных мнения которые не позволили японскому флоту победить в Коралловом море и привели к разгрому у Мидуэя. Бой в Коралловом море японцы могли выиграть 4 мая уничтожив «Йорктаун» во время его атак на суда у Тулаги, если бы адмирал Иноуэ не сорвал выдвижение соединения Такаги (он был уверен в отсутствии противника), оставшийся в одиночестве «Лексингтон» в лучшем случае был бы отозван, в худшем тоже потоплен. Появление американского авианосца на следующее утро после начала высадки в районе Тулаги должно было стать сигналом японцам о том, что противник получает информацию о планах их операций. Подводные лодки не успели занять позиции на путях выдвижения противника, так как он уже был в районе проведения операции, из этого тоже не сделали выводов, через месяц то же повторится у Мидуэя.