Моше Натан - Битва за Иерусалим

Группа Мони, время от времени стреляя, продвигалась вперед. Из глубины тонущей в темноте траншеи раздался крик на арабском: «Вот оно!» Вот оно, подумал Мони. — Встреча «двоюродных братьев»… Гершон, шагавший первым, крикнул по-арабски: «Руки вверх!» — и забросал позицию гранатами. Тотчас они снова услыхали арабскую речь. На этот раз в соседнем блиндаже. Мони послал туда Гершона, но тот робко пробормотал: «Заело винтовку». Он казался испуганным. «Пропусти», — сказал Мони и пошел к блиндажу.

«Голова у меня была совершенно ясная, и я не спешил, — рассказывает он. — Не надо дурости. Меня совсем не привлекала мысль оказаться первым. Я тихонько подошел к самому блиндажу. Сунул внутрь ствол моего «узи». Темно. Выпустил туда целый магазин. Если после этого кто и остался в живых, жильцом он уже не был. Вдруг блеснуло — набок упал пулемет. Я добрался до трупа и забрал пулемет. (Примерно через месяц я снова наведался в блиндаж. Труп все еще был там. Никто из арабов села, за которых этот легионер сложил свою голову, не потрудился похоронить его)».

Мони и его разведчики продолжали наощупь двигаться вперед, в сторону других блиндажей. Стояла абсолютная тишина. Если даже они еще здесь, подумал Мони, они не осмеливаются выйти нам навстречу и драться. Надо просто позволить им смыться. «Кто там?!» тут же заорал он («мы орали друг на друга без всяких церемоний — никто не хотел, чтобы его застрелили свои»). И снова мертвая тишина. Прочесывание продолжалось.

В то время, как Мони и его подразделение пошли от кургана направо, Зерах один спустился в траншеи, ветвившиеся в левой стороне. Он побежал по ходу сообщения, швыряя гранаты, пока не добрался до огневой позиции и тихо, на цыпочках вошел туда… Никого. Он двинулся дальше, заметил двух легионеров, метнул в них пару гранат и точно попал. Побежал дальше: еще одна огневая позиция. Влетел туда со стрельбой. Послышались крики. Он попятился и увидел, как оттуда выбираются трое перепуганных иорданцев. «Все, что было до сих пор, — рассказывает Зерах, — напоминало призрачную игру. И вдруг напротив тебя три иорданца! За спиной во всю длину траншеи никого. Я был совершенно один. Я начал стрелять в них, и они попадали один за другим.

Сегодня я бы в них не выстрелил».

Можно рассказывать еще и еще о подобных эпизодах, имевших место в десятках других траншей, по которым рассыпались разведчики, дерясь врукопашную с последними из обращенных в бегство легионеров…

Итак, очень скоро после прорыва в опорный пункт Колокол иорданский гарнизон был сломлен, не проявив признаков подлинного стремления отстоять свою важную стратегическую позицию. Было очевидно, что внезапность штурма с непредусмотренного направления с самого начала разоружила иорданцев. Те из них, что не успели бежать куда глаза глядят, закрепились в нижних траншеях.

В 7.46 вечера установилась непроглядная тьма. Группы разведчиков, рассеянные по лабиринту Колокола, его нишам и путаным ходам сообщения, в потемках чувствовали себя одинокими и оторванными друг от друга. Боеприпасы и гранаты иссякли, и если бы сломленные иорданцы решились на контратаку, события, возможно, приняли бы печальный оборот. Но у отступающих легионеров не было подобных планов… Тем временем Ашер получил по рации приказ от командира бригады.

В приказе говорилось: «Поскорей заверши захват Колокола. Как только закончишь, собери броневики разведан и часть танков и немедленно возвращайся в Резиденцию. Ты срочно нужен. Полк Гид’она уже находится в Рамат-Рахель и продвигается в сторону Колокола. Его люди займут опорный пункт, как только ты его освободишь. Оставь им один танковый взвод. Повторяю: выполняй все как можно скорее!» Приказ встревожил Ашера, хотя никаких причин для беспо-койства не было.

Его вызов в Резиденцию не был следствием каких- либо осложнений, возникших во время боя за Колокол. Просто комбриг решил организовать назавтра два ударных полка для отражения возможной контратаки легиона. Горькие воспоминая времен Войны за Независимость заставляли его быть предусмотрительным.

Ашер тотчас отдал распоряжение завершить прочесывание опорного пункта и сконцентрироваться вокруг- центрального дота Колокола. На вершине кургана поставили солдата с фонарем, который начал сигналить Иерусалимскому полку, приближающемуся к Колоколу со стороны Рамат-Рахель, чтобы тот не открывал огонь по своим. Там же собрались Ашер, Иоси, Аарон и некоторые из разведчиков, уже начавших возвращаться из захваченных лабиринтов окопов. Все считали, что бой закончился просто и легко.