Моше Натан - Битва за Иерусалим

Арик остался один. Он следил за тем, чтобы его «узи» все время был у него под рукой. Не хотел попасть живым в руки арабов, но хладнокровно приготовился к такой возможности и спокойно ждал ее. «Я сознательно приготовился к самому худшему», — говорит он. Хотелось быть в полной форме, если «самое худшее» случится.

Он ждал. Голова раскалывалась от боли. Кровоточило расцарапанное правое ухо. Донимали продырявленные нога и промежность, причем особенно тревожила последняя.

Так он провел долгие часы один, в ожидании избавления, которое все не приходило.

А внизу, на ' дне вади под 200-килограммовым стальным грузом лежал заряжающий. Лежал, пока не умолк…

В то время, как Арик и его экипаж упали с обрыва в вади, головные танки колонны ушли вперед и повстречались с штатскими арабами, бросившими свои роскошные лимузины посреди шоссе. С ними была женщина. Неожиданно она разразилась причитаниями и, подбежав к танкистам, с плачем стала молить их о пощаде для себя и своего ребенка. Заплакал и ребенок, которого она держала на руках. «Мистер, плиз!», — поддержал ее представительный на вид араб. Его тоже буквально колотило от страха.

Предоставив арабов их собственной судьбе и не задерживаясь, колонна покатила дальше. На ходу Аарон успел заметить, что из опрокинувшегося танка на дне вади вылезают двое. Но его просьба позволить ему спуститься туда на выручку была отвергнута.

— Продолжать движение на Цур-Бахр! — приказал командир полка Ашер.

Село будто вымерло — все на замках и засовах. Вздымались лишь черные столбы дыма. Пулеметные очереди чиркали по стенам, оставляя на камне длинные шрамы.

— Хороший мы им сюрприз преподнесли, — заметил кто-то. — Нагрянули гости с черного хода.

— Нашлось все-таки одно пустое село, — сказал Ури. По-видимому, драпанули.

В 6.44 вечера — точно в тот момент, когда село солнце, — головные танки колонны обошли последние окраинные дома Цур-Ьахра и достигли преддверия колокола. Один из двух передних танков проник в путаницу траншей, нагромождение заграждений и батарей. Траншеи вели вглубь опорного пункта, где в центре высился крутой курган с железобетонной нашлепкой — дотом, как будто бы в форме колокола, чего, впрочем, никто никогда не проверял.

Танки заняли позицию напротив Колокола и начали бить прямо по амбразурам, раскалывая и дробя бетон и засыпая окрестность градом летящих обломков. Укрепление заволокло дымом. Несколько легионеров, быстрей других сообразивших, чем закончится для них атака, которая последует тотчас за обстрелом танков, выскочили из убежищ, чтобы занять оборону или удариться в бегство. Услыхав и^ вопли, командир полка Ашер ринулся к пулемету своего броневика. И снова доказал, что скор на руку, решителен и удачлив. Его пальцы, не выпуская гашетки, сыпали очередь за оче-редью, кося всех выскакивающих, валя и опрокидывая одного за другим. Перестав стрелять и увидев, что его экипаж никак не собирается штурмовать траншеи, он яростно закричал: «А ну-ка, вперед! Сомневаться будем после боя».

Он командовал танками, перегоняя их на более выгодные позиции, когда рядом появились два бронетранспортера разведки во главе с командиром Иоси. Опорный пункт между тем окутало тенями, предвестниками близкой ночи.

Иоси соскочил в устье одной из траншей и, как одержимый, побежал вперед. Пройдя около 40–50 метров, он внезапно обнаружил, что находится в полном одиночестве. Мони, спрыгнувший за ним следом, остался стоять на месте, в недоумении, не соображая что, как и зачем делать. Лишь услышав крик («Давай скорей к Иоси!»), побежал вперед. Впереди он увидел Иоси — невменяемого, в хмельном неистовстве человека, идущего в рукопашную схватку. «Остановись, — закричал он, — подожди! Я сейчас приведу своих». Вокруг стоял гром от пулеметных очередей и работающих танковых двигателей. В потемках только намеками угадывалась путаница окопов, блиндажей, стрелковых ниш, пулеметных гнезд и дотов, грозным лабиринтом перепоясавших всю площадь опорного пункта.

Танк продолжал крошить бетон Колокола. Как только его пушка смолкла, Иоси повел на штурм дота одиннадцать своих разведчиков («Где, ко всем чертям, остальные броневики? Где они? Куда они подевались?») и закидал дот фосфорными гранатами.

Становой хребет опорного пункта (иначе говоря, дот Колокола) был с легкостью сломлен и захвачен. Теперь дело было за флангами — левым и правым.

В траншеи правого фланга был направлен Мони и его разведчики.