Алексей Першин - Смерч

Дивизиону было приказано углубиться в лес и разместиться в районе лесной сторожки. Каждая минута временного затишья на линии фронта должна быть использована для совершенствования и отработки боевых приемов. В расчетах желательна взаимозаменяемость номеров.

По имеющимся сведениям, недавний залп, произведенный по скоплению шестиствольных минометов, артиллерии и вражеской пехоты, а также по тайным складам боеприпасов и взрывчатых веществ, вызвал у гитлеровцев смятение и панику. Пленные показали, что русские применили против них какое-то страшное секретное оружие, противостоять которому немыслимо.

После стремительного прорыва вражеской обороны в тылу наших войск остались разрозненные немецкие части. Они скрывались в балках и лесах. Поэтому отлучаться из дивизиона кому бы то ни было в одиночку было категорически запрещено. Связь поддерживалась только по радио.

Назаров собрал всех офицеров дивизиона в лесной сторожке и зачитал приказ командира полка подполковника Серова. В приказе перечислялись потери, понесенные противником от залпа. Назывались сотни единиц артиллерийского вооружения, транспортной техники, инженерно-паркового хозяйства, предназначенного для форсирования крупных водных преград, — конечно, форсировать фашисты предполагали Днепр. Кроме того, имелись основания утверждать, что противник потерял около двух полков пехоты и почти полностью всех артиллеристов, минометчиков, транспортников и саперов, которые укрывались в балке.

Чтение приказа было прервано аплодисментами и возгласами восторга.

Командир взвода разведчиков младший лейтенант Зозуля старался перекричать всех. Он взывал:

— Братцы! Братцы! Вы послушайте… послушайте… — Саша Зозуля, не выдержав, взобрался на маленькую скамеечку, на которую хозяйка, наверное, садилась, когда доила корову. — Капитан, ну капитан же! Я у самой балки находился. Чуть под свои мины не попал.

Воцарилась тишина. Все обернулись к Зозуле.

— У самой балки? — удивился Назаров. Он подошел к командиру разведчиков. — Что ж ты молчал до сих пор? Говори, что видел.

— Мы пробирались вместе с разведчиками-пехотинцами на правый фланг полка и углубились метров на двести вперед. Заняли хор-рошую позицию в терновнике. Колюч, проклятый, но тем и хорош: не опасались, что сюда за надобностью прибегут. Окопались, пристроили стереотрубы — солнце как раз нам в спину — и ждем. Фрицы будто вымерли. Почти все орудия у них утопли в тине. И шестиствольные минометы вразброску, но все под сеткой, под пучками травки. Аккуратненько все, и никакого движения.

— А стволы не догадались посчитать? — перебил разведчика Запорожец.

— Шестиствольных — тридцать шесть и три покорежены…

— Два полка?.. — прогудел чей-то изумленный бас.

— И шестьдесят пять стволов пушек разного калибра. Но вся балка не просматривалась, а там еще стволы и установки. Пехотный коллега послал троих орлов, чтоб уточнить, что там дальше, да они не успели. Мины легли тютелька в тютельку. Какая-то из них угодила в ящики со снарядами. Их сложили штабелями, лишь прикрыли сеткой и травкой для маскировки. Ох и рвануло! А таких открытых штабелей — десятка два, да в нишах… Балка там с оврагом, а у оврага почти отвесные берега. Немцы любят про запас делать такие склады. Снаряды, мины, взрывчатка. Драпали-то во всю прыть. Израсходовать или вывезти не успели…

— Ты давай без комментариев, — вмешался Запорожец.

— Не мешай, Яшка.

— Дай человеку по всей форме…

— Вот я и говорю, — вдохновился Зозуля. — Штабеля-то как раз напротив закрытых складов. Волной и осколками вышибло двери, и стали закрытые склады взлетать под звезды. И как нас не прихлопнуло, диву даюсь. Никто даже царапинки… Правда, землей засыпало, синяков понаставило.

— Ничего, разведка, спиртом натрем, — успокоил Назаров младшего лейтенанта. — Ты слазь с трибуны и толково давай. Выползти с техникой никто не сумел?

Сашка спрыгнул со стульчика и, справившись с возбуждением, деловито продолжал:

— Ручаюсь, товарищ гвардии капитан. Ни одной единицы и целой-то не осталось. Ужас один, что мы там натворили. Крошево.

— Это, пожалуй, правда. А пехота в траншеях, конечно, не подозревала о складах и рванула в страхе божьем. — Капитан направился к столу. — Отсюда и слухи о страшном секретном оружии. — Поднял руку. — Приказ не дочитан. Прошу внимания…

Далее в приказе следовали строжайшие указания о принятии всех мер для охраны установок, о повышении бдительности, в связи с тем что немецкие подразделения оказались в тылу наших войск.