— У вас все? — спросил он, когда начштаба закончил.
— Да, в общем все.
Воронцов молча прошелся по кабинету. Остановился, долгим взглядом посмотрел в окно. От этой затянувшейся паузы Рощину почему-то захотелось глотнуть чаю, и он попросил разрешения налить себе стакан.
— Пейте мой, я не буду, — сказал Воронцов.
Рощин аккуратно взял стакан, а Воронцов вдруг повернулся к нему и произнес:
— Учимся, учимся воевать, да, видно, мало. Хорошо научились колонны водить в ущельях. По горам теперь пускаем пехоту, чтобы нас охраняла сверху. Едем дальше. Нет, уже идем пешком — в горы. Тропинка хорошая: все вниз да вниз. Спускаемся. Все спустились? Все! Все! А как же прикрытие? А вот прикрытие на высоте не оставили… И — получите промеж глаз!
— Василий Семенович, а ведь Читаев оставил прикрытие. Правда, Водовозов — офицер молодой, не сумел сработать как надо. Но и винить его грех. Первый раз в такой переделке…
— Да я не об этом, — отмахнулся Воронцов. — Водят нас душманы за нос. Как это наши солдаты называют их — духи? Вот мы и погнались за этими самыми духами, а они хоть и не бестелесные, но все равно — фикция и обман, — усмехнулся Воронцов.
— Извините, Василий Семенович, я что-то вас не совсем понимаю.
— Не было никаких специалистов в ущелье, — ответил громко и резко Воронцов. — Не было и в помине.
— А как же сообщение?
— Обычная инсценировка… Если не похуже. Например, заведомая дезинформация органов ХАД. Но ничего, они хорошо поплатились за свой спектакль.
Воронцов распахнул окно. Свежий воздух принес запах слежавшейся пыли.
— Отдайте распоряжение от моего имени. Пусть Читаев с ротой спускается на плато к своей технике.
Начальник ХАДа приехал после обеда. С ним был сотрудник, знавший русский язык. От Воронцова не укрылось, что Азиз, обычно непроницаемо-спокойный, был взволнован. Поэтому он быстро отпустил всех, кто находился в его кабинете, и приготовился слушать. Только прикрылась дверь. Азиз выпалил:
— Специалисты в Мармуле.
Они вместе подошли к карте, и Азиз, проведя пальцем по изломанной линии ущелья, показал точку: крошечный горный кишлачок в несколько дворов с длинным звонким названием, которое и произнести сразу трудно.
Азиз сказал, что по сообщению очень хорошего человека (он так и оказал: очень хорошего) специалистов держат в доме на окраине кишлака. Найти дом очень просто. Азиз достал смятую бумажку, развернул ее. На ней размашисто, видно рисовавший человек очень спешил, была изображена схема поселка. Несколько прямоугольников — дворы, окруженные дувалами, и еще один квадрат помечены крестиком. Сверху на схеме буквой N обозначен север.
— Вот здесь, — показал Азиз на квадрат с крестиком. — Охрана небольшая: пять или шесть человек.
— Хорошо, — все больше приходя в возбужденное состояние, сказал Воронцов. — А может быть такое, что специалистов там не окажется?
— Может, если мы опоздаем, — подумав, ответил Азиз. Поняв, что Воронцов сомневается в полученных сведениях, добавил — Этому можно верить.
Они договорились, что сообщение будет храниться в тайне вплоть до самой операции, и после этого Азиз уехал.
И тут Воронцова словно обожгло: ведь предстояло уничтожить охрану, а в ее числе наверняка и Джелайни — родной брат Азиза. Само собой разумеющееся дело — уничтожение охраны — теперь приобретало некоторую щепетильность. Все-таки брат. «А что скажешь Азизу? — размышлял Воронцов, решая, звонить или нет по этому поводу. — Но он и сам знает, и, возможно, точно знает, что брат там. Взять Джелайни живьем? Но это дополнительно усложняет задачу». Поколебавшись, Воронцов решил, что звонить не будет. Он стал обдумывать план операции.
План сложился простым и дерзким. По замыслу Воронцова предстояло прямо в кишлаке высадить с вертолета десант, который штурмом захватит дом и уничтожит охрану. И тут же вертолеты, посадив на борт десант и освобожденных специалистов, немедленно взлетают. На главную часть операции — пятнадцать, от силы — двадцать минут, больше нельзя. Мармуль — район, как его называют, душманский, дело может в случае замедления принять плохой оборот.
Воронцов быстро набросал на листке расчет сил и средств. По его мнению, для выполнения задачи было достаточно одного взвода. Вертолеты — на личный состав, на специалистов, плюс еще пара для поддержки с воздуха. Он снял трубку, соединился с Туболом, сдержанно доложил обстановку. Тубол обрадовался и начал было уже ставить задачу, но перебил себя и, как и подумал Воронцов, поинтересовался его решением. Василий Семенович тут же доложил.
Читать дальше