Тоне Светина - Волчата

Принесли ужин, но к еде он даже не притронулся. Аппетит пропал. Он лучше бы напился, но у него не осталось ни капли вина. И Клара, как назло, не приходила.

Всю ночь сотник думал над тем, как могло случиться, что в начале войны он не знал страха, был уверен, что партизанская пуля его не заденет. Но потом, на Козаре, все переменилось. Слишком много усташей там полегло.

Когда наконец-то пришла Клара, настроение у сотника улучшилось.

— Ну, как дела, дорогой мой? Вы все еще в кровати? Я была у доктора, и он мне сказал, что вы были в очень плохом состоянии.

— Разумеется. Это потому, что доктор больше интересуется тобой, дорогая, чем моей персоной.

— А ты, как я посмотрю, ревнивец.

— Нет, ошибаешься. Обычное дело, когда красивую женщину больше интересует здоровый, нежели больной, мужчина.

— И это тебя беспокоит?

— Да. И еще кое-что. Женщину и жизнь в наше время легко потерять. Вот такие-то дела, дорогая моя.

Клара присела к нему на край кровати, погладила его по голове:

— Ты лучше посмотри вокруг. На дворе уже весна. На меня посмотри, я весела, живу, дышу. И других забот у меня нет. Веришь ты этому или нет?

— Хотел бы верить. Забот у тебя и в самом деле, видать, нет. Вот только знакомых много. Ты что, выбираешь их по желанию?

— Ты угадал. Жить беззаботно — мой лозунг!..

— А вот у меня все по-другому. Даже в госпитале не могут оставить в покое. Посмотри-ка на это письмецо… — И он протянул Кларе письмо.

По ее лицу пробежала легкая тень. Можно было подумать, что письмо ее задело. Она положила его на тумбочку и тихо сказала:

— Какое-то странное письмо…

— Вот свиньи! Но меня им не запугать! Я их бил и буду бить. Если найду того, кто это писал, дорого он мне заплатит.

Клара рассмеялась:

— Мне кажется, ты слишком все драматизируешь. Ну подумаешь, письмо!.. Ведь ты не ждал, что за то, что вы сделали на Козаре, партизаны объявят вам благодарность?

— Ладно, хватит! Плевать я хотел на эту писанину. Брось его…

Без стука в палату вошел доктор. Сотник и ему показал письмо. Быстро пробежав его глазами, доктор сказал:

— Я распоряжусь, чтобы у вашей палаты выставили часового. Все это может плохо отразиться на вашем здоровье. Вам нельзя волноваться и лучше побыть одному.

Светила луна, и темные тучи, словно разбитые войска, отступали на запад, постепенно очищая небо.

Воздух был серым, земля стала влажной от таявшего снега. Зима постепенно уступала весне.

Джуро шел на мельницу Бегича, чтобы там встретиться с Михайло, поговорить с ним о делах, а затем двинуться дальше в горы и разыскать партизанский отряд, готовившийся к отражению очередного наступления фашистов на освобожденные районы Козары.

Старик уже полностью оправился от тяжелой болезни и сейчас радовался тому, что вместе с ребятами пережил трудную зиму.

Когда долгими зимними вечерами они сидели возле очага, Душко и Остоя не раз приставали к деду с просьбой отправить их в партизанский отряд.

Дед сердился:

— Никуда вы отсюда не пойдете! Вас четверо, а это и так целый отряд. Вас же сюда поставил Михайло — наш командир. Здесь наш наблюдательный пункт. Если противник появится с западной стороны, то вы обязаны немедленно оповестить об этом лесника. Это очень трудное задание, тем более что вы еще маленькие. Но за зиму, я вижу, вы многому научились. Тебе, Душко, я дарю пистолет. Его я захватил в бою на Козаре. Все-таки с оружием всегда чувствуешь себя гораздо увереннее.

У ребят от радости заблестели глаза. Душко было начал уговаривать деда, чтобы оставил пистолет у себя, что сам он не может принять такого подарка, а оружие себе добудет у фашистов.

— Ты за меня не беспокойся, внучек, — сказал дед Джуро, — мне Михайло другой даст. Без оружия я так и так не останусь.

Душко с благодарностью взял пистолет.

— Только вот о чем я хочу вас предупредить, — наставлял дед. — Никогда не носите пистолет за ремнем, а держите его в сумке и не показывайте всем своим видом, что вы вооружены. На подростков никто и не подумает, что они с пистолетом ходят. А повстречаются вам фашисты, делайте вид, что вы ничего не знаете, притворяйтесь этакими наивными несмышленышами.

Теперь дед был спокоен. Главное сейчас — пережить войну. Только бы Боро, который сражается в партизанской бригаде, остался жив, вернулся домой целым и невредимым. «Я бы помог ему дом отстроить, детишек бы его нянчил», — мечтал Джуро.

К мельнице он решил добираться в обход, оврагами. Шел старик тихо, словно тень. Наготове держал гранату. Пройдет несколько метров, остановится, прислушается.