Хулио Травьесо - Время Ч

Колонну замыкала машина, в которой находились Айдее, Мельба, поэт Рауль Гомес, доктор Марио Муньос и его земляк Хулио Рейес. Девушки всю дорогу молчали. Годами позже Айдее вспоминала: «На протяжении всего пути в Монкаду я думала о доме, о дне, который скоро наступит, о том, что с нами будет».

На перекрестке улиц Гарсон и Монкада основная часть колонны повернула направо, а машины, в которых ехали группы захвата городской больницы и Дворца правосудия, двинулись прямо. Затем группа Абеля свернула на Центральное шоссе, которое привело к больнице. Следом за ними подъехала машина доктора Муньоса. Полицейского, охранявшего вход в нее, удалось быстро связать, после чего Абель расставил своих людей внутри здания у окон, выходивших на казарму.

Группа, в составе которой находился Рауль, выехала на Центральное шоссе, но, вместо того чтобы повернуть направо, поехала прямо. Вскоре они, к своему удивлению, увидели перед собой знакомые очертания отеля «Рекс». Поняв, что заблудились, они объехали кругом Марсово поле и снова свернули на Центральное шоссе, по которому добрались наконец до Дворца правосудия.

5 часов утра. Исраэль Тапанес устроился на заднем сиденье голубого «бьюика», за рулем которого сидел Фидель Кастро. Рядом с Тапанесом разместились Карлос Гонсалес; Абелардо Креспо и Густаво Аркос, [31] Позже отошел от революции. впереди — Педро Мирет и Рейнальдо Бенитес. В памяти Тапанеса до мельчайших подробностей запечатлелись события, происшедшие в течение этого короткого отрезка времени. Через многие годы он рассказывал о них так, как будто это случилось вчера:

«Машины повстанцев выезжали одна за другой с фермы «Сибоней» на проселочную дорогу, вытягиваясь в длинную колонну. Мои спутники сидели молча, лица у всех были спокойные, сосредоточенные. Подъехав к мосту Сан-Хуан, колонна остановилась, пропуская «джип», в котором я разглядел двоих людей с такими же дробовиками, как у нас, — должно быть, направлялись поохотиться в воскресный день. Съехав с проселочной дороги, мы оказались на Авениде Рузвельта. Улицы города в этот час были пустынны, лишь изредка мелькали случайные прохожие.

С Авениды Рузвельта мы свернули на Авениду Гарсон. Не доезжая Центрального шоссе, передняя машина повернула направо и въехала в небольшой переулок, упиравшийся в массивное трехэтажное здание. Это была Монкада. В конце переулка головная машина остановилась неподалеку от сторожевого поста казармы. Остальные машины свернули в переулок следом за ней. В этот момент мы заметили солдата, внимательно наблюдавшего за подъезжавшими к Монкаде автомобилями. Передовая группа между тем успела обезоружить часовых поста № 3 и подняла цепь, перегораживавшую въезд в казарму. Услышав подозрительный шум, солдат повернул голову в сторону поста, затем посмотрел на нас и потянулся рукой к подсумку с патронами. «Нужно его обезоружить», — раздался голос Фиделя. В этот момент в переулке появился патруль — два солдата с пулеметами; видимо, они догадались, что на посту что-то неладно. Увидев нашу машину, солдаты вскинули пулеметы, приготовившись открыть огонь. Фидель резко рванул руль в сторону и направил машину прямо на них. Раздалась пулеметная очередь, я инстинктивно пригнулся. Когда я снова поднял голову, то увидел, что патруль ретировался с поля боя, а смотревший на нас солдат лежал на земле — он был убит выстрелами из соседней машины. Наш «бьюик» врезался в бордюр тротуара и остановился. Открыв дверцу, Фидель выскочил наружу с пистолетом в руке. И тут неожиданно завыла сирена».

Ее пронзительный вой всколыхнул рассветные сумерки, стремительно заполняя своим звуком улицы и площади спящего города. В Монкаде была объявлена тревога.

Неужели провал всей операции, тщательно подготовленной, продуманной во всех деталях? Думать сейчас об этом уже не было времени.

Карлос Гонсалес дернул ручку дверцы — безуспешно, она не открывалась.

— Ну что ты там возишься? — заорал Тапанес и толкнул дверцу изо всех сил. Она распахнулась, и Тапанес вместе с Гонсалесом вывалился из машины прямо на мостовую. Поспешно вскочив на ноги, Тапанес увидел, что находится совсем близко от поста № 3, рядом с ним были Фидель и Мирет. Из подъезжавших сзади машин выскакивали люди. Стоя на середине улицы, Фидель кричал им, чтобы они направлялись к казарме. Несколько повстанцев в суматохе вбежали в здание военного госпиталя, однако быстро поняли, что ошиблись и выскочили обратно.