Ежи Путрамент - Сентябрь

— Да, вот именно. Только тем временем…

— Что тем временем? Не понимаю, кто может отменять приказы главнокомандующего?

— Главнокомандующий… — Новицкий чуть выпрямился и сочувственно покачал головой. — Может быть, вы согласуете вопрос с полковником Гапишем?

— А это кто еще такой?

— Как? — Тут Новицкий встал навытяжку. — Полковник Гапиш, специальный уполномоченный главнокомандующего в районе Радом!

Фридеберг шмыгнул носом.

— Разве существует такая должность в польской армии? Специальный?

Новицкий не одобрял такие вольности.

— Так точно, пан генерал, как раз три часа назад приехал, принял руководство обороной района Радом. Так что группа «Любуш»…

— А зачем он мне нужен? Тридцать шестая находится в Коньском…

— Что поделаешь? — Новицкий широко развел руками. — Коньское тоже может относиться к этому району, никогда не известно…

Фридеберг что-то проворчал и, не обращая внимания на расшаркивания Новицкого, вышел в холл. Франтоватый подпоручик спал. Между фикусами две двери — которая из них?

— Налево, налево, — прошипел сзади Новицкий. Он высунул голову из своей двери и тыкал пальцем в нужном направлении, глаза у него были полны уважения и страха, он еще ниже согнулся — не перед Фридебергом, перед дверью к специальному уполномоченному.

Фридеберг постучал и вошел, не дожидаясь ответа. Судя по десяткам флаконов и баночек, расставленных перед зеркалом, здесь раньше была спальня молодой элегантной женщины. Обыкновенный канцелярский стол, на столе большая карта, над картой — худой, красивый, седоватый полковник.

Этот не вытянулся, а просто выпрямился. В течение нескольких минут они обменивались холодными, так сказать рекогносцировочными фразами. Фридеберг с удивлением смотрел на карту: участок от Пилицы до Вислы, под Радомом его расцветили группки лилово-красных фосфорных спичек. Фридеберг заговорил о тридцать шестой дивизии; в раздражении поднял руку и задел край карты.

— Простите, — сухо остановил его Гапиш. — Осторожнее! В этой… в этом воистину странном штабе нет даже флажков для оперативных схем. Пожалуйста, не опирайтесь на стол. Впрочем, может быть, мы перейдем в угол — это не по уставу, рперативная карта должна находиться в отдельной комнате, заслоненная шторой. Мне придется доложить главнокомандующему, как выполняются на местах его указания…

Он был так оскорблен, что только несколько минут спустя спохватился и перестал жаловаться на отсутствие флажков, отдельной комнаты, связных мотоциклистов, оперативного дежурного и тому подобные скандальные недостатки. Вероятно, он решил, что подрывает свой авторитет, рассказывая первому встречному про каверзы, чинимые ему штабом армии «Пруссия». Фридеберг воспользовался заминкой, чтобы выпытать у него, что происходит в Коньском.

Гапиш не имел ясного представления о всем объеме своей миссии. Он склонен был скорее считать, что Коньское входит в район Келец — как оказалось, туда тоже послали специального уполномоченного. Но Гапиш не сразу пришел к такому выводу — ему предшествовал краткий анализ местности:

— Район Радом в широком, оперативном понимании, разумеется, можно рассматривать как неправильный треугольник, обрамленный с северо-запада Пилицей, а с востока Вислой и опирающийся с юга на Лысогуры. Вы меня простите за некоторую… гм… академичность аргументации, быть может не вполне соответствующую горячему периоду войны, особенно современной войны. Я считаю, однако, что в нашей армии слишком крепко сидят традиции пустозвонства и импровизации, унаследованные еще… гм… вероятно, со времен народного ополчения. Поэтому мне кажется, что именно в данный момент важнее всего сохранить хладнокровие и ввести научные методы в стиль, я подчеркиваю, в стиль командования. Возвращаюсь к нашему случаю: если мы будем рассматривать доверенный мне главнокомандующим район Радом в широком аспекте, то Коньское и находящаяся там часть должны подлежать моей компетенции. Чрезвычайно сожалею, что при поспешном отъезде я не уточнил с главнокомандующим своей задачи. Это еще раз подчеркивает справедливость моих предыдущих замечаний.

Наконец он наложил свое узкооперативное понимание района Радом как пространства, расположенного у слияния Вислы и Радомки, ограниченного на юге рекой Каменной. В последнем случае Коньское не входил в область его компетенции. Фридеберг хотел было упомянуть о скаржиской группе, существование которой осложняло определение нижней границы района Радом в ее узком понимании, однако сдержался, испуганно подумав, что Гапиш прочтет ему новую лекцию. Гапиш остановил его уже в дверях.