Евгений Федоровский - Операция «Фауст»

В дверь постучали. Пришел Ростовский. Не тратя лишних слов, профессор сел на стул, достал из кармана гимнастерки записную книжку:

– А все-таки мы добыли кое-что о новом оружии! Сведения, правда, обрывочные, но могут навести на размышление… Химический концерн «ИГ Фарбениндустри» приступил к разработке новых горючих смесей, способных развивать температуру свыше трех тысяч градусов… Это как раз та температура, что прожигает броню… Сталелитейный завод в Эссене получил дополнительный заказ на железную окалину [28] Окалина – продукт окисления, образуется на поверхности железа, стали, сплавов при взаимодействии со средой, содержащей кислород. … Ну, это еще не говорит о том, что окалина понадобилась для кумулятивного оружия. С порошкообразным алюминием и магнием ее используют в зажигательных бомбах… А вот тут прямо названо: «фаустпатрон». Нам удалось добыть немецкий журнал «Атака». В нем сказано: “Фаустпатрон” – грозное противотанковое оружие даже в руках одного человека. Он пробивает самую прочную броню и производит внутри танка уничтожающий взрыв». Не от этой ли штуки вы пострадали?…

– Фауст – герой немецких легенд, вроде искателя истины, символ человеческой тяги к знанию… – проговорил Павел в раздумье.

– …Который к тому же заключил союз с дьяволом.

Пожалуй, конструктору «фаустпатрона» понравилось это объединение с чертом.

– А может быть, название происходит от другого понятия? По-немецки «фауст» – это кулак, то, чем мы наносим удар. Не могут фашисты обойтись без патетики!

– Не могут, – согласился Георгий Иосифович. – Осенью я занимался новыми немецкими танками. Их подбили наши артиллеристы у Ленинграда, под Мгой. Шесть штук. Так вот эти танки они называли «тиграми». Появились у них и «пантеры», и «слоны». Наши заводы быстро наладили выпуск самоходок с крупными орудиями, окрестили эти машины по-русски метко и остроумно.

– Как?

– Прозвали «зверобоями».

– Побольше бы нам таких «зверобоев».

Георгий Иосифович снова углубился в свой блокнот.

– Любопытным мне представляется вот это сообщение: «В весенний праздник мужской свободы – химмельфарт, когда по традиции жены дают как бы увольнительную своим мужьям и те пьют, гуляют, вообще делают что хотят, некто Ахим Фехнер проговорился, что завод детских игрушек в Розенхейме, где он работает мастером, теперь выпускает боевую технику: трубу со спусковым механизмом и прицелом». Как вы думаете, не вел ли он речь о «фаустпатроне»?

– Похоже. А известен источник этих сведений?

– По-моему, его знает Волков.

– Но «фауст» могут делать и в других городах.

– Нам важно увидеть и оценить это оружие. Потом решим, что предпринять дальше.

Прощаясь, Ростовский задержал руку Павла в своей руке.

– Выздоравливайте поскорей. Секрет «фауста» мы должны разгадать во что бы то ни стало.

Промедление в войне, когда противник пользуется новым оружием, ведет к многочисленным неоправданным жертвам. Это Павел понимал. Ходить он уже может, раны заживают, хоть и болят еще. Но в работе быстрей обретаешь форму. Надо поговорить с Волковым и Гринбергом о выписке. Кто не рискует, тот не выигрывает.

Павел лег на койку, снова взялся за тетрадку Волкова. Его внимание привлекла фраза Ремарка: «Культура – тонкий пласт, ее может смыть обыкновенный дождик. Этому научил нас немецкий народ – народ поэтов и мыслителей. Он считался высокоцивилизованным. И сумел перещеголять Атиллу и Чингисхана, с упоением совершив мгновенный поворот к варварству».

Затем следовали некоторые мудрые изречения, которые нелишне было запомнить: «Даже малая неправда может превратиться в большое предательство», «На минуту ума недостанет, так навеки в дураки попадешь», «Поздно за хвост хвататься, коль за гриву не удержался»…

Но что это? Текст почти впритирку. Буковки одна к другой, словно колечки на цепочке: «Научить К. умению вести наблюдение, потренировать зрительную память, рассказать, как избежать слежки, как готовить симпатические чернила, как пользоваться разными видами кодов и шифров для связи…» И еще несколько страниц в том же духе. «К.» – подразумевается «Клевцов»? Неужели Волков станет обучать его всему этому? На учебу тогда не дни, а месяцы уйдут!

Заинтересовали кое-какие сведения из истории разведки.

В Китае, например, шелк научились делать три тысячи лет назад. Техника изготовления выглядела вроде бы просто: сажали шелковичных червей на тутовое дерево, ждали, покуда созреет кокон, разматывали нить, которой окружала себя личинка. Эта нить и шла на ткацкий станок. Секрет крылся в одном: как разматывали тончайшую нить? Свою шелкомотальную технологию китайцы хранили за семью замками и долго оставались единственными поставщиками шелка.