Дэвид Финкель - Хорошие солдаты

— В автомобиле, главный сержант, — ответил Марч, у которого по-прежнему дрожали руки.

Номер четыре: когда Маккой, подойдя к очередному солдату, засунул мизинец в ствол его автомата, мизинец вышел наружу черный.

— Свободен, приятель, — сказал он.

Следующим был Диас. Маккой оглядел его каску, на которой все-таки виднелись полосы, хотя Диас чистил ее накануне.

— И ты мне будешь сейчас рассказывать, что мыл, мыл, а они не сходят?

Твердым, как обычно, голосом Диас начал было объяснять происхождение полос, но Маккой его оборвал.

Так что Диас тоже оказался не у дел, и, когда он вышел, Маккой сказал оставшимся:

— Я не жду, что бронежилет будет без единого пятнышка. Я все понимаю. Но если у него такой вид, как будто человек его вообще, на хер, не мыл с тех пор, как сюда приехал? Я вот, например, помыл вчера вечером ботинки перед этим гребаным конкурсом.

Он продолжал осмотр и продолжал вышвыривать людей.

— Одно изреченьице, — сказал он. — Как перейти от обыкновенного к необыкновенному? Добавить самую малость длиной в две буквы. — Он переместился к Суэйлзу и озабоченно поглядел на его колени. — Суэйлз, это наколенники или налокотники?

— Наколенники, главный сержант, — сказал Суэйлз и, пока длился осмотр, стоял неподвижно; Маккой, решив, что это действительно наколенники, обследовал затем его прическу, решил, что волосы подстрижены достаточно коротко, и перешел к следующему — к Марчу, который был так недоволен парикмахером, подстригшим его за пять долларов, что не дал ему на чай.

Но его волосы были в полном порядке. Его большие ботинки были в полном порядке. Безмолвно он требовал от своих рук, чтобы не дрожали, пока Маккой, отлепляя липучки, открывал все карманы его формы и проверял, что внутри. Здесь тоже был полный порядок.

— Так, ладно, с этим покончено, — сказал Маккой солдатам, оставшимся в комнате, и Марч понял, что он в числе одиннадцати допущенных. Он перестал дрожать и заметно раскраснелся.

Суэйлз, которого тоже допустили, улыбнулся и поиграл бровями.

Уайт вернулся тем временем к себе в комнату и был зол.

— Вы когда-нибудь пробовали распаковать бинт окровавленными руками? — спрашивал он воображаемого Маккоя. — Нет? А я пробовал. Вам когда-нибудь приходилось распаковывать его зубами?

Диас тоже был в казарме, вновь пытался отчистить каску щеткой со стиральным порошком и удивлялся:

— Разве можно полностью оттереть следы взрыва?

А Марч, стоя теперь в коридоре с другими допущенными, среди общего молчания наблюдал, как первый из них постучал в дверь, вошел было отвечать на вопросы — и через три секунды вышел, глубоко вздохнул и постучался еще раз.

— Послушай, — спросил Марч у Суэйлза, когда приближалась их очередь, — какая максимальная эффективная дальность АТ4? Триста метров?

Суэйлз, подумав, кивнул.

Марч начал расхаживать взад-вперед.

— Расслабься, — сказал ему сержант.

— Не могу, — признался Марч и опять стал весь красный.

СТУК-СТУК-СТУК.

— Войдите, — сказал Маккой.

— Специалист Марч к председателю комиссии прибыл, главный сержант.

Неведомая территория — вот чем это для него было. Раньше он никогда так далеко не забирался. «Знать — это уметь преподнести», — сказал ему Мейз прямо перед тем, как он постучал, и теперь он «преподносил» себя четырем сидящим за столом сержантам, трое из которых сплевывали в пластиковые стаканчики табачную жижу. Он отдал честь и держал руку, сколько надо. Он продемонстрировал свой М-4 и, в отличие от нервного солдата до него, не стукнул себя им по голове. Он неплохо взял старт.

— Хорошо, Марч. Вон сзади тебя стул, садись, — сказал Маккой. — Теперь соберись с мыслями и расскажи нам немного о себе.

— Меня зовут Джей Марч, — начал он, и в этот момент его очки стали запотевать. — Родился 23 июля 1986 года в городе Аштабула, штат Огайо… — Его лоб покрылся каплями пота. — Моя ближайшая цель — получить командную должность… — Очки уже почти совсем запотели, но он продолжал, не обращая на это внимания: — А моя дальняя цель — стать главным сержантом.

— Я вижу, у тебя уже есть Армейская похвальная медаль и две Армейские медали за достижения, — сказал Маккой, проглядывая личную карточку Марча, где содержались сведения о его наградах. — А сколько ты служишь?

— Два года с небольшим, главный сержант, — ответил Марч.

— Неплохо. Даже очень хорошо. За такой срок — вполне приличный результат, — сказал Маккой. — Так. Давай начнем с истории части. Сколько боевых вымпелов имеет второй батальон шестнадцатого пехотного полка?