Шарлотта Бронте - Эмма Браун

– Сэр, я считала вас самым благородным из всех присутствующих здесь джентльменов. Я даже решила, что если кто-то из них попытается обидеть меня, то именно у вас я буду искать защиты. Надеюсь, что я не ошиблась.

Мужчина, похоже, был совершенно сбит с толку, но руку свою все-таки убрал.

– Конечно, ты можешь на меня рассчитывать. Это была все лишь маленькая шутка. Надеюсь, что ты не обиделась. Если какой-нибудь мерзавец оскорбит тебя, то я уложу его на обе лопатки. Хорошая девочка. Вот возьми шесть пенсов в качестве извинения.

Целых шесть пенсов! У нее теперь есть не только крыша над головой и вдоволь еды, но она еще и зарабатывает неплохие деньги. Эмма улыбнулась своему обидчику такой лучезарной улыбкой, что этот джентльмен и в самом деле решил стать ее защитником.

Сознание того, что в кармане у нее лежит шестипенсовая монета, сразу добавило Эмме сил. Усталость как рукой сняло, когда она представила себе, как будет тратить эти деньги. Что же она себе купит? Когда она разносила тарелки с бифштексами и бараниной, вытирала столы, собирала грязную посуду и по ходу дела ставила на место распоясавшихся нахалов (каждому из них она говорила одно и то же, и всем сразу становилось очень стыдно, однако денег ей больше никто не дал), она ощущала такое удовольствие, какое может ощутить только женщина, почувствовавшая свою настоящую власть. Она решила, что купит себе какую-нибудь подержанную книгу. Но какую именно? Ведь так много разных книг. Что же купить – стихи или какие-нибудь рассказы? Она, наверно, купит толстенную книгу, в которой описываются кругосветные путешествия. У нее даже голова закружилась от сознания того, что она может выбрать все, что ей захочется. У всех создалось впечатление, что она очень приветливая и услужливая работница.

В полночь она поднялась в себе в комнату, неся в руках свечу и поднос, на котором лежали хлеб и мясо и стоял небольшой кувшинчик с пивом. Сейчас ей хотелось только одного – слегка перекусить и хорошенько выспаться. Она уже представляла себе, как ляжет в теплую постель, согретую ее маленькой подружкой.

«Жаль, что я не сказала, что люблю ее, – подумала она и, остановившись на лестнице, так широко зевнула, что чуть не свернула себе скулу. – Эту девочку просто невозможно не любить».

Когда она вошла в комнату, Дженни даже не шелохнулась. Эмма поставила свечу и поднос на ящик. Она задула свечу, чтобы не беспокоить спящего ребенка, выпила немного пива, съела кусочек хлеба и легла в постель.

– Дженни! – испуганно закричала она, нащупав руками холодный матрас. «Наверное, она вышла в туалет, – успокоила себя Эмма. – Мне нужно зажечь свечу, чтобы девочка смогла найти обратную дорогу», – подумала она и тут же заснула.

Она проснулась с первыми лучами солнца. У нее все болело, и она ощущала невероятную слабость. В голове была совершенная путаница. Окинув взглядом комнату, Эмма поначалу решила, что находится в Фашиа Лодж, в маленькой комнате под самой крышей, где мисс Вилкокс как-то раз заперла ее.

Она постепенно пришла в себя и поняла, что все это было много месяцев тому назад, почти в другой жизни. Сейчас она в Лондоне, в полной безопасности, и все у нее хорошо. Однако далеко не все было хорошо. Она села на постели. Рядом никого не было. Дженни Дру до сих пор не появилась. Она быстро натянула на себя одежду и осторожно вышла на улицу.

Город на рассвете был похож на женщину, лучшие годы жизни которой остались уже позади. Одни в этом возрасте еще сохраняют свежесть и яркий румянец молодости (к сожалению, только на щеках), другие же пребывают в мрачном унынии и с тоской вспоминают счастливые дни. Женщины, все еще сохранившие свою красоту, становятся суровыми, безжалостными и мужеподобными, демонстрируя свою порочность и полное пренебрежение моральными принципами. Где этот серый и неприветливый город спрятал маленькую беззащитную девочку?

Острый шпиль церкви святого короля Эдмунда и башня церкви святого Майкла, все еще окутанные черным покрывалом ночи, с высоты своего величия снисходительно смотрели вниз.

«Наш великий город построен для великих людей, – как бы говорили они. – Таким, как ты и эта девочка, не место в этом городе, и вам следует исчезнуть», – безжалостно заявляли они. Потом она с облегчением увидела, что на улицах появились первые прохожие – бедный рабочий люд. Она подошла к одному из них и спросила, как ей пройти в порт.

Через пятнадцать минут она пришла на то место, где познакомилась с Дженни. Нищие и бродяги выползали из своих нор на свет божий, но Дженни Дру среди них не было. Эмма подошла к женщине, лицо которой было ярко-красного цвета.