Шарлотта Бронте - Эмма Браун

– Совсем необязательно! – с горечью сказал он. – После того как я снова увидел тебя, я чувствую себя на удивление защищенным.

После этого мы расстались. Душа человеческая все-таки странная вещь. Несмотря на все его оскорбления и обвинения, я была рада, что он оставил мне хотя бы какую-то свою вещь, как когда-то оставлял мне свои книги. Честно говоря, мне даже хотелось, чтобы он скорее ушел, чтобы я смогла прочитать те пожелтевшие от времени документы, которые он мне оставил. Больше всего меня интересовало письмо, которое он хранил возле своего сердца. Именно оно сможет объяснить, почему он разочаровался в любви.

Первый документ представлял собой какой-то отчет. Он назывался «Открытое обращение Лондонского общества защиты молодых женщин и борьбы с детской проституцией». На документе стояла дата – май 1835 года.

Было доказано, что четыреста человек зарабатывали себе на жизнь тем, что похищали молоденьких девушек в возрасте от одиннадцати до пятнадцати лет с целью сделать из них проституток. Они не гнушались никакими средствами для того, чтобы заманить жертву, и как только на улице появлялась маленькая девочка без провожатых, за ней сразу начинал следить один из этих безжалостных негодяев и под любым предлогом заманивал ее в обитель позора и разврата. Как только ничего не подозревающая беспомощная девушка попадала в капкан, она становилась жертвой их преступных замыслов. С нее снимали одежду, в которую ее одели заботливые родители или друзья, обряжали в жуткие лохмотья и заставляли заниматься проституцией, а потом отдавать свой заработок хозяину или хозяйке. Таким образом, она становилась приманкой для представителей противоположного пола. Причем встать на путь добродетели у этих девушек не было никаких шансов, потому что их бдительно охраняли, и если какая-либо из них предпринимала попытку бежать, то ее подвергали суровому наказанию, а иногда даже жестоко избивали. Постепенно девушка становилась безразличной ко всему и не задумывалась над тем, что ожидает ее в будущем. Почти никому из таких девушек не удается избежать и заражения инфекционными заболеваниями. Установлено, что уже примерно через одну-две недели после того, как они начинают заниматься проституцией, эти юные девицы заражаются различными болезнями. Потом хозяева отправляют их в больницы под вымышленными именами или оставляют умирать прямо на улице. И зачастую уже через несколько недель невинность, здоровье и красота исчезают, уступая место отчаянию, болезням и смерти.

Эмма спустилась к реке. Волны равнодушно плескались о каменные ступени. «С этим нужно покончить», – нашептывали волны.

– Да, с этим нужно покончить, – убеждала она саму себя. Однако как здесь было тихо и безлюдно. Она спустилась по лестнице и тем самым отгородила себя от всего остального мира. Ей так хотелось, чтобы ее уход из этой жизни был чистым и незаметным, но речная вода была грязной и затхлой. Она распространяла смертельную вонь. Больше всего Эмма боялась, что как только она войдет в эту влажную могилу, так тут же окажется рядом с другим свежим трупом. Она смотрела, как темная река медленно несет свои воды, в которых отражаются желтые осколки луны, и вдруг увидела еще кое-что. Это была еще одна маленькая луна. У нее был небольшой неровный нимб над головой и огромные глаза, которые пристально смотрели на нее.

Она подняла голову. Возле самой воды сидела маленькая девочка. Ей было лет восемь, не больше. Рядом с ней стояла корзина, а в руках она держала куклу размером с живого младенца. На голове у нее была старомодная шляпа с небольшими полями и потрепанными цветочками. Она была босиком.

Ты собираешься прыгнуть? – Она посмотрела на Эмму своими васильковыми глазами. Девочка была очень бледной, но на щеках у нее горел яркий румянец.

Что тебе нужно? – спросила Эмма у нее.

Может быть, ты отдашь мне свои ботинки и платье? Мои совсем износились.

Не могу же я снять одежду прямо здесь, – возразила Эмма.

А теперь я тебя не вижу, – сказала малышка и закрыла глаза руками. – Они все равно не согреют тебя там, в воде.

Эмма вздрогнула. Она заметила, что одежда девочки превратилась в лохмотья и сквозь дыры проглядывало голое тело. Девочка убрала одну руку со своих глаз.

Если я буду носить твое платье, когда ты умрешь, то я должна узнать твое имя.

Меня зовут Эмма, – представилась Эмма.

Эмма? А фамилия? – допытывалась малышка. – Не хочешь ли подойти сюда и поговорить со мной? Я очень одинока.