Франс Бенгстон - Викинги

Крок спросил, нет ли у них какого-нибудь вина или хорошего пива, которое они хотели бы обменять на свинину или сушеную рыбу. Тем временем он старал­ся подойти поближе к чужим кораблям, так как испы­тывал сильный соблазн напасть на них врасплох и таким образом одним махом получить хорошую добы­чу. Но капитан ютландцев сразу же повернул свой корабль таким образом, чтобы перегородить им путь, повернувшись к ним носом, и ответил, что предпочи­тает сохранить вино и пиво для себя.

— Но обязательно подходите поближе,— сказал он Кроку,— если хотите еще чего-нибудь попробовать.

Крок взвесил копье в своей руке и, по-видимому, колебался, какой же путь выбрать, но неожиданно на одном из ютландских кораблей возникла какая-то суматоха. Можно было видеть, как двое человек дра­лись друг с другом возле планшира. Затем они свали­лись в воду, продолжая сжимать друг друга в объяти­ях. Оба утонули, и один из них сразу пошел на дно, а другой всплыл на поверхность на удалении от кораб­ля, но вновь ушел под воду, когда один из ютландцев бросил в него копье. На ютландском корабле было много шума, но когда люди Крока спросили, в чем дело, они не получили ответа. Начали спускаться сумерки, и после коротких переговоров чужаки вновь поплыли вперед, до того, как Крок успел принять решение, стоит или нет ввязываться в драку. Затем Токе, сидевший у весла, по левому борту корабля, сразу же за Ормом, крикнул Кроку:

— Пойди-ка посмотри! Мое везение рыболова ста­новится все сильнее!

Одна рука ухватилась за весло Токе, вторая — за весло Орма, а между рук в воде плавало лицо, глаза на этом лице уставились на корабль. Это лицо было

большеглазым и очень бледным, с черными волосами и черной бородой.

— Смелый парень и хороший пловец,— сказал кто-то. — Он проплыл под нашим кораблем, чтобы сбежать от ютландцев.

— И к тому же — умный человек,— сказал дру­гой, — так как понимает, что мы лучше, чем они.

Третий сказал:

— Он черен как тролль и бледен как труп и не похож на человека, который приносит удачу. Опасно брать такого на корабль.

Они обсуждали преимущества и недостатки того, чтобы взять человека на борт, некоторые кричали человеку в воде, задавая ему вопросы, но он лежал без движения, крепко вцепившись в весла, моргая глазами и раскачиваясь на волнах. Наконец Крок приказал поднять его на борт; его всегда можно будет убить позднее, объяснил он тем, кто был против этой идеи, если ход событий покажет, что будет лучше поступить именно так.

После этого Токе и Орм втянули свои весла и подняли человека на борт корабля; у него была желтая кожа и крепкая фигура, он был обнажен до пояса, только несколько лоскутьев материи прикрывали его наготу. Он шатался на ногах и еле мог стоять, но сжал кулак и погрозил им ютландскому кораблю, который уже ушел на большое расстояние, затем человек сплю­нул и заскрежетал зубами. Он что-то прокричал и упал, растянувшись во весь рост, когда судно качну­лось, но быстро вновь вскочил на ноги, ударил себя в грудь и протянул руки к небу, затем закричал уже Другим голосом, но никто не мог понять слов. Когда Орм был уже стариком и рассказывал обо всем, что с ним приключилось, он всегда говорил, что никогда не слышал такого странного зубовного скрежета и такого жалобного и звонкого голоса, как тот голос, которым этот человек обращался к небу.

Они все проявили к нему любопытство и стали расспрашивать, кто он такой, и что с ним приключи­лось. Он понимал кое-что из того, что они говорили и был способен отвечать на ломаном скандинавском языке, они подумали, что он сказал, что он еврей и не любит грести по субботам, поэтому он ненавидит людей, от которых сбежал; но это было непонятно для них, так что некоторые подумали, что он сумасшедший. Ему дали еды и воды, и он жадно съел бобы и рыбу, но когда ему предложили соленую свинину, он отказался от нее с отвращением. Крок сказал, что он подходит в качестве гребца, а когда путешествие будет завер­шено, они смогут продать его за хорошие деньги; тем , временем Берсе, при помощи своего мудрого ума, может

попытаться понять, что же сказал чужеземец, и выяснить, имеется ли у него какая-либо полезная для них информация о тех землях, где он побывал.

Итак, в течение нескольких следующих дней Берсе подолгу сидел и разговаривал с чужеземцем, и у них неплохо получалась беседа. Берсе был спокойным и терпеливым человеком, большим любителем поесть и умелым бардом, который пошел в море, чтобы быть подальше от сварливой жены; он был умен и очень хитер и понемногу составил картину того, о чем гово­рил чужеземец. Об этом он и рассказал Кроку и другим.