Эптон Синклер - Между двух миров

Он отыскал телефонную будку и сейчас же связался с мистером Гарольдом Стаффордом, совладельцем конторы «Стаффорд и Уортингэм». Ланни не раз завтракал с ним, когда бывал с отцом в Лондоне, и теперь, разговаривая по телефону, он живо представлял себе этого высокого, худого джентльмена, суховатого, мыслившего необычайно точно и говорившего необычайно мало. Ланни знал, что этого джентльмена не провести и нужно говорить начистоту. Он сказал:

— Мистер Стаффорд, я собираюсь жениться. Моя невеста — известная американская наследница, а ее мать не слишком расположена ко мне. Мой отец все знает и сочувствует моим намерениям; он даже предлагал съездить в Италию, чтобы уладить дело с матерью моей невесты. Я знаю, вы прежде всего захотите удостовериться в том, что это правда, и я даю вам честное слово, что правда. Теперь молодая мисс приехала в Лондон и решила за меня выйти, а для того чтобы избежать семейных споров и огласки, мы решили обвенчаться втайне и, если возможно, сегодня же. Возможно это?

— В Англии — нет, — сказал поверенный. Ответив на этот вопрос, он ждал следующего.

— Я где-то читал, что люди ездят в Шотландию, чтобы обвенчаться. У меня здесь свой автомобиль, и я могу поехать. Имеет это смысл?

— В Шотландии вас могут повенчать сейчас же. Достаточно вам взяться за руки и заявить, что вы муж и жена.

— И брак будет считаться законным?

— В Шотландии — да.

— Ну, а в других местах?

— В Англии он не будет считаться законным.

— Тогда это не годится. А как насчет поездки в Бельгию или Голландию или еще в какую-нибудь страну?

— Я не осведомлен о законодательстве этих стран, но охотно наведу справки для вас, если вы пожелаете.

— Не возьметесь ли вы выяснить, каким способом могли бы мы обвенчаться без промедления?

— Если вы предпримете поездку на пароходе, то вы можете быть обвенчаны в открытом море капитаном любого грузового или пассажирского судна.

— И тогда брак везде будет считаться законным?

— При условии, если вы находились не ближе чем в десяти милях от английского побережья, он будет считаться законным и в Англии и, насколько мне известно, повсюду.

Ланни быстро обдумал эту возможность. — У одного моего знакомого есть яхта. Может ли капитан такого судна обвенчать нас?

— Яхта приписана к английскому порту?

— К германскому.

— Я не могу вам сказать ничего о немецких законах, пока не справлюсь; но если немецкие законы это разрешают, то брак будет считаться у нас действительным, согласно нашему закону о мореплавании от 1894 года.

— Немецкий капитан, вероятно, знает, имеет ли он право или нет?

— Полагаю, что у него должен быть сборник законов, определяющих его права и обязанности.

— Я справлюсь у капитана. Очень вам признателен, мистер Стаффорд.

— Всегда рад служить вам, — отвечал поверенный. — Желаю вам успеха в ваших планах и счастья в браке.

— Еще раз спасибо, — отозвался молодой человек. — Пожалуйста, запишите эту консультацию на счет моего отца.

Закончив такими образом этот разговор по всем правилам, он повесил трубку.

Ланни уже справился по газетам и записал себе часы прилива и отлива; по его соображениям, «Бесси Бэдд» еще не могла прибыть в Рэмсгейт. На всякий случай, он позвонил по телефону. В этой маленькой гавани суда пристают прямо к набережной, они как бы стоят на улице и, обычно, первым делом присоединяются к телефонной сети. На «Бесси Бэдд» телефон имелся не только в салоне, но и в каждой каюте, а также в помещении стюарда и на капитанском мостике. Ланни вызвал Рэмсгейт и выяснил, что яхта еще не прибыла.

Он вернулся к Ирме и сообщил ей об этом. По его мнению, надо было ехать прямо в Рэмсгейт: пусть только яхта придет, они сейчас же отправят ее в новое плавание.

— О, как романтично! — воскликнула девушка. Ее восхищала эта перспектива: выйти в море, чтобы спастись от когтей архиепископа Кентерберийского. — А как ты думаешь, мистер Робин сделает это для нас?

— Конечно, сделает. Если сам он занят, он поедет в Лондон и поручит нас капитану Меллеру. Вся семья будет в восторге. Одна молодая пара у них на борту уже есть.

— Едем! — сказала девушка из Нью-Йорка.

Они поехали дальше по долине неширокой реки, загроможденной всевозможными судами всех стран света и всех видов: буксирами, катерами, парусными яхтами, словом — всем, что способно плавать. Прилив поднимается очень быстро и отступает еще быстрее благодаря набережным, которые не дают ему разлиться по болотам. Где природа создала болота, там человек устроил большие водоемы, с пристанями и складами, а за ними бесконечные трущобы для рабочих. Ланни рассказал своей будущей жене, как однажды, еще мальчиком, он заблудился в таких трущобах.