Андрэ Стиль - Париж с нами

Только на подступах к самой префектуре на демонстрантов напали охранники. Откуда они появились, кто им дал знать — непонятно. Но их мало, всего один грузовик, к тому же они и не собираются преграждать путь колонне, только пробуют отвлечь ее от цели.

Охранники засели за своим фургоном на углу одного из переулков и оттуда швыряют бомбы со слезоточивыми газами. Время от времени они бросаются на толпу, осыпая ее ударами прикладов. В общем это только вызывает смех. Демонстранты шагают бодро; хотя ветер больше не подгоняет их, но улица резко спускается вниз, а префектура и порт притягивают, как магнит.

Командир охранников у биржи труда до сих пор находится в полном неведении того, что произошло. Да и откуда ему знать? Ведь он так был уверен в удачном для него исходе, так гордился своим планом, что еще сегодня утром, читая в «Демократ дю диманш» (единственная газета, выходящая в городе по воскресеньям) предсказание неизбежного поражения коммунистов, убежденно воскликнул: «А как же может быть иначе!» Когда он заметил, как на всех трех уличках под натиском его людей ослабело сопротивление, он решил, что демонстрация разгромлена или, во всяком случае, находится на волосок от этого и он — герой дня. К тому же донесения из порта и из госпиталя гласят: все без перемен, никаких демонстрантов. Поставьте себя на его место!

Поэтому только патрульный грузовик, — его привлекло пение демонстрантов, — попробовал их атаковать, чтобы выиграть время. На нем не было радиопередатчика, и охранники никого не смогли предупредить о появлении демонстрации.

Итак, колонна подошла к префектуре. Охраняющие ее полицейские, конечно, не в силах остановить демонстрацию. Они отступают к воротам и там выстраиваются в три шеренги. В хвосте колонны все тот же грузовик продолжает свои жалкие попытки отвлечь демонстрантов.

Но зачем идти в префектуру? Не лучше ли без промедления двинуться прямо к порту? Собственно говоря, префект всего-навсего марионетка, а нитки дергают американцы, стараясь при этом оставаться за кулисами. Что с ним делать, с префектом? Послать к нему делегацию? Очередную делегацию?.. А дальше? Стоит ли распылять силы? Такая мощная демонстрация способна на нечто гораздо большее. Но все же соблазн велик. Префектура под самым носом, и туда ничего не стоит пройти. Таким прекрасным случаем нельзя не воспользоваться. А вдруг…

В первом ряду идут Анри, Макс, Жорж и остальные руководители. Они направляются к воротам, к стоящим здесь охранникам, которые не решаются их атаковать. Коммунисты, поддержанные толпой, напирают на полицейских, перехватывают у них ружья, чтобы те не могли ударить, и первая шеренга охотно отступает. Задние ряды охранников находятся пока в безопасности и пробуют сдержать натиск, но сдаются и тоже отходят назад.

Генеральный секретарь префектуры Шолле испугался, что демонстранты разнесут все здание. Он сообщил по телефону командиру охранников на площади биржи труда, что, как и следовало ожидать, демонстранты у префектуры, и решил выйти к толпе.

— Господа! Господин Жорж! Господин Леруа! Зачем же силой? Что вы! — говорил Шолле, появляясь во дворике префектуры. Генеральный секретарь, как всегда, элегантно одет.

Обращаясь к охранникам, он приказывает:

— Пропустите этих господ!

И то хлеб! Анри, Робер и Жорж проходят в ворота.

— Макс, иди с нами! — зовет Анри.

— Попросите толпу вести себя сдержаннее, не напирать, — умоляет Шолле в тот момент, когда они все вошли во дворик.

— А вы сами попробуйте с ними поговорить, — предлагает Анри.

— Вы неблагоразумны, — скулит Шолле. — Ну хоть вы, господин Жорж, господа…

— Вы думаете, это в наших силах? — насмешливо возражает Робер.

— Но это ужасно… Ну, ничего не поделаешь… А что вам, собственно, нужно?

— Как вы сами понимаете, мы хотим видеть префекта.

— Я его заменяю. Его сейчас нет.

— Это мы посмотрим, — угрожающе говорит Робер.

Анри уже заносит ногу на первую ступеньку лестницы, показывая тем самым, что они сейчас поднимутся и проверят слова Шолле.

Но тот и так уже понял неизбежность вторжения коммунистов и, соглашаясь, машет рукой:

— Ладно!

— Да, но… у нас не полная делегация, — замечает Робер.

Действительно, среди них нет представителя молодежи, нет женщин, нет беспартийных. Как хорошо, что Жорж с ними, он вовремя успел вернуться из Парижа.

— Минуточку, — говорит Анри, — Он проходит сквозь кордон охранников, которые молча расступаются перед ним, и на улице отбирает среди демонстрантов недостающих представителей.