Андрэ Стиль - Париж с нами

Торговец парфюмерией отнесся к происшествию довольно спокойно. Пострадал он только на бутылках и на окне, а эти убытки ему возместят. У мясника дело похуже: не только вдребезги разбита витрина, но вылетели еще изразцы как раз на самом видном месте, где раньше была витрина, а потом отверстие было закрыто изразцами. Сейчас там зияла дыра в целый квадратный метр.

— Еще не известно, смогу ли я подобрать такие же плитки, — жаловался мясник.

Потом, набравшись храбрости, он заявил:

— Пойду лично к полковнику!..

Когда случилось несчастье с дочерью, он промолчал, но теперь, когда повредили его изразцы, он взорвался… Мясник направился в госпиталь. Американский часовой, наблюдавший за происшествием, не решился преградить ему путь, он последовал за ним. Судя по настроению полковника, хороший же их ждет прием!..

Так оно и оказалось. Мясник почти немедленно выскочил как ошпаренный из ворот госпиталя, ясно, что его просто выставили за дверь.

— Ах так! — закричал он еще с противоположного тротуара. — Ах так!

И быстрыми шагами пересек улицу.

Что он хотел сказать своим «ах так!» и какие из этого последуют выводы, никто никогда, верно, так и не узнает. Вернувшись в свою разоренную лавку, где мясо пропитывалось запахом одеколона, мясник в нерешительности развел руками. Он чувствовал свое бессилие, но все же еще раз повторил угрозу:

— Ах так!

Он начал метаться по мясной, не зная, что такое ему совершить. Потом схватил кусок туши, весь в осколках, изрезался до крови и, откинув его от себя к ногам Полетты, в полном бешенстве крикнул:

— Ты у меня просила — так вот получай!

Полетте очень хотелось кинуть этот кусок мяса ему в физиономию, но она удержалась. Ей даже пришло в голову: «Сейчас, в своем неистовстве, этот скупердяй способен мне бросить и хороший кусок».

В ответ она только повела плечами, и мясник наконец нашел, на ком выместить свою злобу.

— Не хочешь? Ты чего вытаращила на меня глаза? Вы и такого-то не заслужили. Босяки! И вообще виноваты во всем вы! Да, да!.. Убирайся немедленно! Вон, я тебе говорю!

В первый момент Полетта застыла на месте. Мясник наступал на нее, размахивая кулаками, собираясь вытолкать ее силой.

Придя в себя, Полетта не спеша направилась к выходу. «Главное, думала она, не ускорять шага, не иметь вида спасающейся бегством. Дело не только во мне… Ведь все эти люди знают, что я коммунистка».

Пройдя несколько шагов по улице, Полетта обернулась. Толпа смотрела ей вслед. И вот ей пришло в голову поговорить со всеми этими буржуа. Легко догадаться, что она им сказала: американцы во Франции… словно мы их колония… с нами рабочие, народ, с нами все…

Охранники, конечно, бросились к Полетте.

Полетта убежала. Теперь она имела право убегать, больше того, она обязана была это сделать.

Рассказать Анри, что и она осталась без работы? Нет, лучше не надо. У него и без того достаточно забот. Она подождет хоть несколько дней. А потом все может измениться…

В коридоре Полетту встретила Фернанда.

— Ты знаешь, она пришла… Пришла к Франсине спросить, не нужно ли помочь, — сообщила Фернанда сияя.

Конечно она говорила о Мартине.

— И она даже пыталась убедить меня, будто Альфонс не понимал, что поступает неправильно. Я пропустила мимо ушей. Пусть мужчины сами разбираются. Во всяком случае, с Альфонсом, как сказал Папильон, не надо разговаривать.

— Она у Франсины?

— У нее. У Франсины, вот-вот начнутся роды… Ах да, чуть не забыла, к тебе приходили двое мужчин.

— Один, верно, Турнэ, а кто еще?

— Знаешь, тот старик, у которого свой домик.

— Чего он от меня хотел?

— Он пришел к Гиттону, ну, а так как, сама понимаешь, он его не застал, то спросил тебя. Хотел устроить собрание комитета защиты. Он слышал, что снесли барак Союза молодежи и испугался, не начало ли это вообще и не коснется ли это и его домика. Ведь домик-то на территории склада. Ну, я его успокоила. Сказала, что ему ничего не угрожает. Пока я говорила, Папильон все подмигивал мне, а потом мне от него влетело по первое число. Он сказал: чего это тебя дернуло успокаивать старика? Чем больше он будет волноваться, тем вернее будет с нами… Мне лично кажется, что Папильон неправ, как ты думаешь? Неприятностей и так достаточно, и не к чему еще преувеличивать. Права я?

— Конечно, права.

— Вот какие дела. А Турнэ…

И не договорив, Фернанда открыла дверь в квартиру Полетты. Дети бросились к матери, девочка подбежала первой.