Александр Ванярх - Иван

— И сколько же тебе будет?

— Ну, двадцать семь, и что?

— В общем, плакала наша хозяйка этого дома, — грустно заключил дядя Коля, — надо было Софью Ивановну беречь, хотя и так вроде бы старался…

— Я же вам хозяйку представил — Риту Ивановну. А вам все не так! — сказал Иван.

— Почему ж не так, мне «так», а вот она уж больно капризная.

— Но зато, какие борщи варит — пальчики оближешь!

— Насчет борщей — да, уж тут что есть, то есть.

— А чего же вам еще надо? Любви, что ли, захотелось?

— Что ты в этом смыслишь-то. Может, и не любви, а хотя бы ласки человеческой. А она в таких вещах… — и он безнадежно махнул рукой.

— Так она с мужиками-то и дел не имела! Муж ее только женился — и в тот же год умер, а больше, по-моему, она ни с кем и не жила. Так что, дядя Коля, вам и начинать, учить, так сказать.

— Вот салага, он меня просвещает! Это я тебя должен учить!

— А чего? Я не против, тем более что меня в этом плане действительно никто не просвещал. Так что я готов. Валяй, дядя Коля, первую лекцию!

— Ты не дурачься, с тобой серьезно говорят. Вот у тебя какая группа крови?

— Ну, первая.

— А резус фактор?

— Это еще что такое?

— Ну вот! А у Оли какая?

— Да откуда я знаю?!

— «Откуда», «откуда»! Может, вам даже жениться нельзя — кровь несовместима. Детей иметь нельзя!

— Ну, это ты загнул, дядя Коля, как же раньше-то люди жили?

— А сколько калек да дураков на Руси было, да и сейчас ходит!

— По-моему, главные дураки у нас всегда в правительстве сидят — их туда прямо как отбирают.

— Ты это о ком? О Хрущеве, Брежневе?

— А хотя бы! Какой же умный нацепит себе четыре Золотые звезды да еще в мирное время?

— Но сейчас-то вроде и неплохо все.

— Это ты просто хорошей жизни не видел, ну хотя бы как в Японии.

— А ты откуда знаешь? Был там?

— Не я — они были у нас в Сибири, подарки дяде Вите дарили. Такие подарки вам и не снились, а ведь они — побежденные, а мы — победители. Да вон — командир части, а спать негде, на задрипаном «газике» ездит. А у них простой крестьянин — на «тойоте», да какой!

— Ну вот, ты сам к тому же пришел. Так вот, в Японии, прежде чем ты надумаешь жениться, проходишь всестороннюю медицинскую проверку, и медики дают «добро» на брак — вот и идиотов у них нет.

В кастрюлях забулькала вода.

— Может, и так, только вот я думаю: зачем было «поднимать» эту целину, если Ростовская область разваливается, там же пшеница по шестьдесят центнеров с гектара даёт, а целина — восемь. Кому нужен этот героизм?

— Это ты при Сталине не жил, вот где был беспредел! Моя жена была татарка, так ее с двумя дочерьми ночью в грузовик посадили и увезли, только много лет спустя через одного знакомого я узнал, что умерла она в Казахстане.

— А дочери?

— А что «дочери»? Там и живут, видимо. Им даже письма сюда запрещали писать, да и времени прошло много — у них теперь семьи, дети.

— И что, ты по ним не скучаешь?

— Так я перед самой войной на Зарие женился, у нее от первого брака эти девочки были. Правда, привязались они ко мне, полюбили… Как же, я сначала места не находил, скучал, потом… видать, время все потихоньку стирает.

— Да, — протянул Иван, — куда ни кинь — всюду клин. А вы-то в это время где были?

— Сначала воевал в партизанском отряде, потом ушел с действующей армией.

— И все-таки мы — победители, а нищие, вот этого я не пойму.

— По-твоему, нам надо было грабить тех, кого освобождали?

— Мне само слово «освобождали» не нравится. Например, от кого мы «освобождали» японцев? От самих же японцев? Немцев — от самих же немцев, а венгров?

Они так расшумелись, что полковник проснулся и поднялся во весь свой огромный рост.

— О чем спор? — спросил он, наблюдая, как Иван в одну из кастрюль кладет капусту.

— Тут вот молодежь возмущается: почему мы — победители — живем хуже побежденных? — сказал Николай Николаевич.

— Тут все предельно просто. Потому, что кормим всю Африку, Монголию, Корею, Вьетнам, Никарагуа, Кубу и все соцстраны, — проговорил полковник.

— А зачем?! — горячился Иван.

— А вот этого я и сам не знаю… А вы берите тушенку, а то без мяса не годится…, — перешел полковник на другую тему.

Загудел «газик» — приехали майор и солдат.

Глава шестнадцатая

А на следующий день Людмила исчезла. Даже Настя не могла точно сказать, когда именно ушла непутевая девчонка. С вечера не могла уйти, потому что Настя с Виктором долго не спали: все обсуждали, как им быть. Решили все же родителей Людмилы известить, но в более или менее мягкой форме, так как пока и сами не знали, как поступить. А утром, когда, управившись со скотом, Настя зачем-то зашла в переднюю комнату, то увидела пустую кровать. Виктор в это время уже выгонял корову, коз в стадо и вернулся минут через двадцать. Настя встретила его в слезах.