Светлое будущее

— Но ведь и раньше так было. И на Западе так бывает.

— Бывало. Бывает. Но тут есть принципиальный аспект. Западная цивилизация, развив персонификацию индивида до высокой степени для значительной части населения, развила ее в той или иной мере для всего общества. Не забывай, между прочим, что верующий человек уже персонифицирован по крайней мере в минимальной степени: перед Богом, а значит, в своих собственных глазах. Даже деревенский пастух был более персонифицирован, чем нынешний заведующий... скажем, сектором или секретарь райкома партии. Наше же общество есть общество, осуществляющее общую деперсонификацию индивидов как принцип. У нас господствует тенденция, согласно которой степень персонифицированности индивида зависит от уровня его социальной позиции. Потому все эти «культы личности» у нас не случайны. Потому у нас ожесточенное самоутверждение с самовыделением пронизывает все стороны нашей жизни и все слои общества. В людях в силу их прошлой биологической истории сложилась врожденная способность — стремление к выделению себя из общества и осознания себя в качестве личности, т. е. в качестве некоей самодовлеющей ценности. Последующая история цивилизации развила эту способность до высокой степени. Современная культура, без которой современное (в том числе и наше) общество не может существовать, стимулирует эту способность в сильнейшей мере. А с другой стороны, социальный строй нашей жизни с необходимостью порождает тенденцию к деперсонификации всего (именно всего!) населения страны. Отсюда, естественно, вытекают наши чудовищные формы самоутверждения. Раздувание ничтожеств в гении, бесконечные самонаграды, звания. Когда в наших конторах сотрудники со злобой воюют за копеечную надбавку, дело тут не столько в размерах надбавки, сколько в самом ее факте. Стремление главы государства увешать себя орденами, чинами, званиями, мелькать в газетах и телепередачах с этой точки зрения явление такого же порядка, как стремление бухгалтера быть отмеченным благодарностью в приказе. Как тот, так и другой реально личностями не являются, но рвутся каждый в меру своих возможностей выглядеть ими в своих глазах и в глазах окружающих. Подчеркиваю, они стремятся не быть личностями (это для них исключено), а выглядеть так, будто они являются личностями. И получаются ложные личности, иногда — грандиозно ложные. Сталин, в частности, в значительной мере уже испытал явления этой закономерности, но в чистом виде пример ее дают наши теперешние вожди.

Я вспомнил стихи Ленкиного приятеля:

А я кто? Тоже ложная личность? А мое стремление попасть в академию? То, что я говорю сам себе о «пользе дела», — липа? Самоутешение? И я лихорадочно ищу выхода из положения. И я нахожу его.

— Дело не в уничтожении персонификации, — говорю я, — а в изменении ее формы. Просто коммунизм рождает иной статус личности и иные представления о ней. Это — азбучная истина.

— Ты прав, — говорит Антон. — Но лишь в том смысле, в каком бедность есть разновидность богатства, глупость есть вид интеллектуального состояния, смерть есть форма бытия вещей. К тому же то, что я говорил, вполне согласуется с марксизмом: персонификация есть явление надстройки, а она, как известно, сбрасывается.

Фильм кончился. Симпатичный майор погиб, так и не соблазнив неприступную санитарку.

Антон обладает удивительной способностью: о чем бы мы ни говорили, он всегда находит такую сторону дела, которую никто не замечает и которая в конце концов оказывается решающей. Это — способность видеть истину сразу, отличающая прирожденного гения от всех прочих посредственностей. Вот, например, пришел Дима и рассказал, как его Маринку терзали в школе и райкоме комсомола (оказывается, для подачи документов на отъезд старшим школьникам нужна характеристика, а это значит — куча всякого рода сборищ, на которых ребенка поносят как врага народа и предателя).

— Идиоты, — говорит Димка. — Они же сами себе вредят. Они заставили всех Маринкиных друзей наговорить о ней всякого рода мерзостей. Они же сами не верят в это. И дома сами возмущаются, я это точно знаю. И дети не верят. Вот так вместо высоких качеств гражданина воспитываются цинизм, лицемерие, способность предавать друзей.

— Почему же идиоты, — говорит Антон. — Они делают именно то, что нужно: на конкретном материале вырабатывают у детей качества подлинного советского человека. Натаскивают. Тренируют. Как и нас постоянно тренируют на это, чтобы мы не разучились быть настоящими советскими людьми.