Уинстон Черчилль - Саврола

Клубы белого дыма взметнулись над стоящим далеко в заливе броненосцем, и через некоторое время послышался глухой грохот выстрела из пушки. Саврола вытащил часы. Было ровно шесть часов утра. Адмирал выполнил свою угрозу со скрупулезной точностью. Форты, от которых многие орудия были отодвинуты в сторону суши в течение ночи, начали отвечать на стрельбу с кораблей, и канонада стала всеобщей. Дым других горевших домов медленно поднимался, сливаясь с нависшим зловещим облаком, на фоне которого рвущиеся снаряды казались объятыми оранжевым пламенем.

— И вот это, — печально произнес Саврола после долгого созерцания подобной картины, — стало делом всей моей жизни…

Нежная ладонь прикоснулась к его руке. Он повернулся и увидел Люсиль, стоявшую рядом с ним. Он посмотрел на нее, и она предстала перед ним во всей своей красоте. И тогда он почувствовал, что в конечном итоге он прожил свою жизнь не напрасно.

Те, кого интересует дальнейшая судьба республики Лаурании, могут прочитать о том, как после прекращения беспорядков сердца людей вновь обратились к знаменитому изгнаннику, который завоевал для них свободу и которого они предали в час победы. Возможно, иронизируя над непостоянством людей, они прочитают о возвращении Савролы и его очаровательной супруги в древний город, который он так беззаветно любил. Читатели, вероятно, узнают и о том, как за доблесть, проявленную на войне, лейтенант Тиро был награжден высшим государственным орденом — бронзовым крестом Лаурании, который высоко ценится во всем мире. Еще им будет интересно узнать, как он возглавлял команду улан, игроков в поло, отправившуюся в Лондон, о чем он страстно мечтал. Они одержали победу над объединенной лигой миллионеров в финальном матче на открытый кубок. Читателям также станет известно, как он с преданностью и честью служил республике и добился больших успехов и, наконец, стал главнокомандующим армии. Только никто ничего не прочитает о старой доброй няне — почему-то такие люди не представляют интерес для истории. Возможно, читатели обрадуются тому, что Годой и Рено заняли высокие государственные должности, соответствующие их талантам. Они с удивлением узнают, что Саврола не питал никакой злобы по отношению к Мигуэлю, судьба которого оказалась счастливой, несмотря на его подлый и скверный характер. Но историк, который может поведать лишь о немногих выдающихся событиях, помимо открытия колледжей, железных дорог и каналов, вспомнит изумительное изречение Гиббона о том, что история представляет собой «лишь перечисление преступлений, безумных поступков и несчастий человечества». И он обрадуется тому, что после многих бед в республику Лауранию вернулись мир и процветание.

Фабианец — приверженец фабианства, философско-экономического течения, получившего свое название от имени римского военачальника Фабия Максима Кунктатора (Медлительного). Фабианцы полагали, что преобразование капитализма в социалистическое общество должно происходить постепенно, медленно, в результате постепенных институциональных преобразований.