Вильхельм Муберг - Ночной гонец

Ясен кровавый знак на доске: кто задержит штафет у себя, тот предатель, и расправляться с ним должно как с предателем. Затем штафет прибывает в Бергквару, где многие деревни находятся под властью дворянского рода Спарре, а отсюда его пересылают через Ойабю в Крунуберг, огромное королевское имение с сотнями податных хозяйств; и здесь многочисленная толпа крестьян принимает весть.

День и ночь скачет гонец с тайным штафетом; штафет переходит из рук в руки, он призывает людей в серых армяках, что собираются на заре в господском поместье: «Отказывайтесь от барщины! Громите помещичьи усадьбы! Расправимся с помещиками! Добудем себе волю!» Большинство крестьян штафет поднимает на борьбу, и они радостно распрямляют спины; но иных штафет страшит, и они застывают, боясь обжечь пальцы об это опасное пламя. Но и те, и другие повинуются наказу и передают его дальше, ибо штафет имеет власть даже над малодушными. Алый родовой знак, кровь собратьев, заставляет их повиноваться призыву: «Штафет послан! Штафет идет! Принимай штафет! Скачи! Скачи! Нынче же в ночь!»

Всего за несколько дней священное пламя пронеслось через весь Вэренд, оставляя повсюду на своем пути тлеющие огоньки. Тайный огонь бежит по земле, ширится, точно низовой пожар. И все эти огоньки должны соединиться и запылать одним огромным костром, пламя которого озарит всю страну, до самого Стокгольма, где созван сословный собор. Штафет пересечет кальмарскую границу и дойдет до крестьян в Мере. Крестьяне Вэренда и Мере всегда обменивались штафетами, когда объявляли ратный сбор. Сперва штафет будет послан на юг, в уезд Сёдермёре — владения графа Акселя [26] Граф Аксель . — Имеется в виду Аксель Густавссон Оксеншерна. . Здесь крестьяне подвластны самому знатному и могущественному из дворян; весть близится к крестьянам, что пашут и сеют на его сиятельство, графа Акселя. Тысяча сто податных хозяйств принадлежит ему.

От усадьбы к усадьбе, от прихода к приходу, от уезда к уезду передается в эти дни призыв к свободе. Его нельзя задержать, его нельзя остановить, он должен быть в пути день и ночь. Штафет приняли крестьяне Юлленйельмов, он дошел до крестьян помещика Спарре, и теперь его везут дальше, в Сёдермёре, к крестьянам графа Оксеншерны. Его везут посолонь, с востока на запад, через Альбу, Чиневальд и Норрвидинге; всё новые и новые гонцы, конные и пешие, принимают его.

Штафет попадает в богатое поместье Хувманторп, что находится в Конге и принадлежит семейству Шюте, а оттуда — в имение Юлленспарре Ингельстад, где давно уже начались беспорядки и того и гляди вспыхнет бунт. Призывный клич достигает Скугснеса в Линнерюде, Гримснеса и Крокешё в Юдере. Тут уж рукой подать до Упвидинге, откуда штафет повезут через кальмарскую границу в Виссефьерду, округ графов Оксеншерна. Скоро и крестьяне графа Акселя услышат призыв. Штафет идет! Коннику не остается пути и на полдня.

Крестьянин из поместья Крокешё в Юдере принимает однажды вечером штафет и в тот же час скачет в Альгутсбуду. Он видел знак, и он торопится. Но его предостерегли, и он поглубже спрятал штафет под одеждой.

И вот поздним вечером в Брендеболь прискакал всадник на тощей мужицкой лошади. Он спешился без шума, он не из тех, кто может показываться всем на глаза. Он привязал свою заморенную клячу к придорожному дереву и спросил деревенского старосту.

И случилось так, что в дом старосты явился крестьянин, которого он не знал. Старосте он показался маленьким, невзрачным, смирным человеком. Он, видно, искал приюта на ночь. По у этого невзрачного человека было до старосты дело, о котором он не стал говорить громко. Лишь оставшись с Йоном Стонге с глазу на глаз, он открыл, для чего явился в Брендеболь. Крестьянин вытащил из-под армяка доску длиною в локоть и протянул ее Йону Стонге:

— Штафет послан! Штафет идет! Скачи! Скачи! Нынче же в ночь!

Староста взял доску в руки. Так вот для чего явился в его дом незнакомец. Это, должно быть, штафет уездного судьи, который созывает на тинг. Его надо передать дальше, присяжному здешнего прихода, Уле из Кальваму. Так подумал было староста, беря в руки доску. Но, услышав, что гонец — крестьянин из поместья Крокешё в Конге, он понял, что этот человек не может сзывать на тинг в Упвидинге. Не королевский это и не казенный штафет. Но кто же тогда послал его? И почему его приходится передавать с глазу на глаз? Староста пригляделся к штафету повнимательнее. Он похож на все другие штафеты, которых Йон Стонге немало видел и передавал на своем веку, хотя то были большей частью восьмиугольные жезлы, а это простая доска. Но он чувствовал, что с этим штафетом не все ладно. И стал осматривать его, ища знаки и меты. Один конец доски был обуглен, так что староста запачкал об него пальцы. Вот он, знак, который искал староста, — знак священного огня, знак смоляного факела. Тут было все, как положено. Но с другого конца доска была окровавлена. Это был знак, сделанный кровью тех, кто послал штафет. Он грозил смертью предателю, который осмелится задержать штафет. Кровь была на доске, и староста понял, какую страшную весть несет штафет. Он увидел знак, вырезанный на доске. Теперь он знал все.