Эптон Синклер - Зубы Дракона

Ланни умилила гордость, с которой молодой чиновник показал и объяснил сложную организацию, в строительстве которой он участвовал. В ней были различные отделы и подразделения, каждое из которых возглавляло должностное лицо, имевшее одно из этих сложных названий, которые так нежно любили немцы. Главой этой величественной машины был, конечно, несравненный Адольф, Partei- und oberster SA. Fuhrer, Vorsitzender der N.S.DA.P. [26] Партийный и верховный фюрер штурмовых отрядов и председатель Национал-социалистической немецкой рабочей партии (нем.) При нем были адъютанты, Секретариат и начальник штаба, Reichsjugendfuhrer [27] фюрер молодёжи райха (нем.) (который был начальником Генриха), директор персонала, а также директора меньшего калибра полдюжины различных штабов, бизнес-менеджер, секретарь, президиум, директорат райха.

Присутствовала и политическая организация, или, вернее, даже две, P.O. 1 и P.O. 2. В обе входили подобные подразделения, повторявшие указанные выше — все, кроме фюрера. От услышанного кружилась голова, неспособная воспринять все эти обязательства и обязанности: Иностранный Отдел, Отдел экономической политики, Отдел расы и культуры, Отдел внутренней политики, Правовой отдел, Инженерно-технический отдел, Отдел трудовой повинности. Руководители пропаганды в райхе номер 1 и номер 2, руководители инспекции в райхе 1 и 2. Комитет расследований и исправлений, что по-немецки звучало потрясающе: Untersuchungs und Schlichtungsausschuss или USCHLA! Не надо улыбаться над этим, Генрих Юнг объяснил, что партия готовится взять на себя судьбы Фатерланда, не говоря уже о судьбах многих деградирующих стран Европы и мира, и весь этот механизм нужно будет увеличить. Комитет по гимнастике и спорту, Бюро руководителя по печати, Zentralparteiverlag, Personalamt 31и многое другое. Генрих заведовал одним из отделов гитлеровской молодежи, отвечавшим за двадцать один географический участок по всей Германии. Там была школа для будущих нацистских лидеров, отдел публиковал журналы: три ежемесячных и один двухнедельный. В него входили подразделения прессы, культуры, пропаганды, оборонно-спортивной работы. Они учили не только бороться с молодыми коммунистами, но и превращать эту борьбу в спорт! Также были юниорские организации, Deutsches Jungvolk [28] немецкие дети (нем.) и Bund Deutscher Madel [29] Союз немецких девушек (нем.) и Studentenbund [30] союз студентов (нем.) и Женская Лига и так далее, по-видимому, без конца. Вежливый Ланни Бэдд был рад, что разговор проходил во время выборов, и что многие подчиненные ждали получить приказы от этого чересчур рьяного пропагандиста.

Молодой партийный чиновник просто должен был оказать старому другу услугу: взять его на чрезвычайное Versammlung во Дворце спорта, которое должно стать заключительным аккордом нацистскою кампании. Там выступит сам фюрер с окончательным обращением к немецким избирателям. Это будет то, что мир до этого никогда не видел. В течение нескольких месяцев этот чудесный человек стремительно перемещался по всей стране на самолете или в своём быстром Мерседесе с речами, выступая сотни раз. Он носил рыжевато-коричневый плащ, в котором Ланни видел его в старые времена. Возможно, на нём был не тот же плащ, но сам остался таким же простым, преданным, вдохновленным и вдохновляющим лидером, чья миссия состоит в том, чтобы возродить Германию, а затем и весь мир. Heute gehort uns Deutschland und morgen die ganze Welt! [31] Сегодня нас слышит Г ермания, завтра весь мир! (нем.)

Генрих объяснил, что места получить будет трудно. В дверях Дворца спорта с раннего утра стояла очередь жаждущих туда попасть. Конечно, для важных персон места будут зарезервированы, и Ланни получил четыре билета. Он знал, что ни один из Робинов не пойдет на нацистское собрание. Это действительно было бы небезопасно, кто-то может плюнуть им в лицо, или побить их, если они не будут выступать с нацистским приветствием и кричать «Хайль Гитлер». Бесс ненавидела движение и его мировоззрение, и ее любопытство было полностью удовлетворено наблюдением штурмовиков на марше и чтением о них время от времени в своих газетах.

Задолго до двадцати часов Ланни и его жена, Бьюти и ее муж были на своих местах. Играли оркестры, продавцы литературы усердно работали, и вооруженные отряды несли вахту на всей огромной арене. Коммунистов не пускать! На транспарантах и плакатах были всем знакомые лозунги: «Долой Версаль!» «Свобода и хлеб!» «Германия, очнись!» «Конец репарациям!» «Общее благо выше частных интересов!» «Разорвать узы процентного рабства!» Этот последний «радикальный» лозунг был лозунгом давно минувших дней. Робби отметил, что этот лозунг был практически таким же в Соединенных Штатах во времена популистов и гринбекеров. Он был обращен к должникам, мелким фермерам, мелким предпринимателям, чувствовавших, что их вытесняют крупные тресты. Движение Гитлера было бунтом низов среднего класса, чьи сбережения были уничтожены инфляцией и кто считал себя отброшенным к статусу пролетариев.