Мишель Зевако - Двор чудес

Цыганка, вся поглощенная своими мыслями, и не обратила бы на них внимание, но тут толпа зашевелилась, расступилась, и появился какой-то человек. Он чуть не натолкнулся на Джипси.

Цыганка так и остолбенела. Это был великий прево, граф де Монклар! Он держал в руке потухший фонарь и бормотал себе под нос:

— Он зовет меня, зовет, слышите? Дайте мне пройти!

Домашние слуги следовали за хозяином и время от времени пытались утянуть его назад. Но он сердито отталкивал их и быстро шел дальше вперед.

На миг Джипси застыла, ошеломленная жалким зрелищем. Он прошел рядом с ней, и она услышала его шепот:

— Это ничего, что сейчас темно, я все равно все ясно вижу… Погоди, сынок… сейчас я отопру твои цепи…

Ум цыганки словно молния озарила. Граф де Монклар навек ускользал от нее! Безумие спасало его от вожделенного мщения! Она машинально пустилась следом за ним.

Безумец меж тем свернул с улицы Сент-Антуан в лабиринт переулков вокруг улицы Сен-Дени. Джипси шла за ним — бежала, когда он пускался бегом, останавливалась, когда он останавливался, старалась по обрывкам слов угадать, что представляется угасшему уму, и в то же время силилась привести хоть немного в порядок и успокоить собственные мысли. Она должна замучить графа де Монклара! И раз его сердце она мучить больше не могла — значит, будет мучить тело. Она приговорила великого прево к смерти. И готовилась исполнить свой приговор.

Приняв решение, цыганка подошла к графу де Монклару и дрожащей рукой прикоснулась к нему.

Но один из слуг, шедших вслед за графом, резко оттолкнул ее:

— Эй, старая, назад!

— Вы что, не хотите его спасти? — спросила она.

Лакей внимательней посмотрел на старуху и узнал в ней ту цыганку, что накануне приходила к его хозяину.

— Я могу его вылечить, — сказала Джипси.

— Пусти ее! — сказал другой лакей. — Старая колдунья знает целебные травы…

— Ну да! — подтвердила она.

И, не обращая внимания на лакеев и на толпу вокруг, она опять подошла к Монклару и шепнула ему на ухо:

— Я знаю, где ваш сын… Он ждет вас… пойдемте…

Безумец остановился, помедлил немного в нерешительности, потом улыбнулся и взял цыганку за руку:

— Правда? Ты знаешь, где он?

— Конечно, он ждет вас, послал меня к вам…

— Пошли скорей!

Не выпуская руки великого прево, она потащила его за собой.

— Смотрите, смотрите! — воскликнул один из лакеев. — Она его уже покорила… Как он послушно за ней идет!

Джипси дошла до Двора чудес. Слуги графа де Монклара хотели последовать за ней. Но в королевство Арго было не так-то просто попасть. Цыганке стоило только щелкнуть пальцами, и лакеев тотчас же окружили, затолкали, оттеснили и в конце концов прогнали.

Появление великого прево в обществе Джипси произвело сильнейшее впечатление. Безумца тотчас окружило с сотню воров. Криков не было, но их полные ненависти глаза говорили все. Кое-кто уже вытаскивал кинжалы.

Джипси протянула руку и положила ее на голову великого прево.

— Он мой! — решительно, как всегда, заявила она и тут же добавила: — Да вы не беспокойтесь. Уж на этот раз он от нас не уйдет. Я ручаюсь!

И такая улыбка, такой взгляд сопровождали эти слова, что кинжалы невольно вернулись обратно в ножны.

Монклар при этой сцене оставался совершенно равнодушным и, кажется, даже не догадался, где находится. Он только нетерпеливо, упрямо твердил и твердил:

— Скорей… пошли скорей…

Цыганка опять взяла его за руку и повела. Дома Джипси заперла дверь на все запоры.

— Где он? — спросил Монклар.

— Сейчас, погодите…

— Да-да, я подожду…

Она глубоко задумалось. Вся ее воля, вся энергия сосредоточились на одном: как убить великого прево. Она просто выбирала способ. А точнее сказать, она искала, что может успокоить странное ощущение, страстное желание мести — ведь она была убеждена, что после смерти графа де Монклара ей сразу же полегчает.

И тут ей пришло в голову: лучше всего ее успокоит, если она увидит его висящим на веревке, каким видела своего сына.

Не обращая внимания на великого прево, она принялась рыться в своем тряпье и скоро нашла то, что ей было нужно: хорошую прочную и достаточно длинную веревку. Потом она стала осматривать стены. Найдя большой крюк, который сама когда-то вбила, цыганка улыбнулась и прошептала:

— Прямо как будто нарочно сделала!

Не теряя при этом времени, она завязала петлю, убедилась, что петля легко затягивается, и все это с педантичным спокойствием. Затем она встала на табуретку и перекинула веревку через крюк. Веревка свесилась со стены. План был прост: подтолкнуть великого прево под петлю, накинуть петлю ему на шею и потянуть за конец, чтобы Монклар оторвался от земли.