Валентина Перельман - Сердце Льва

–

Ты о трасте что-нибудь знаешь?

–

Управление капиталом. Всё!

–

А тема моей диссертации «Траст в кризисные периоды экономики». Понимаешь? Это не только управление капиталом в интересах определённых лиц, отраслей, финансовых групп. Это управление самой кризисной ситуацией. В этом плане – задача глобальная. Решение задач такого уровня требует многофакторного анализа. Тут такие многоэтажные алгоритмы работают! Порой получаешь абсолютно неожиданный результат. Месяцами ломаешь голову

над проблемой: кто дурак? И ты знаешь, что самое интересное? – Чаще всего оказывается, что мною же созданная схема умнее меня. Создавая эту схему, я и не собирался получить ответы на вопросы такого рода. Я её создавал для решения задач другого характера. А получил, буквально «по дороге», ответы ещё на целый ряд вопросов. Доложу тебе, это так интересно.

–

Так значит ты специалист по управлению капиталом, да ещё и в кризисные периоды?

–

Да

.

–

В таком случае цены тебе нет. Особенно в период перестройки. Такого кризисного состояния системы, когда идёт процесс полного перераспределения капитала, история больше не предоставит, по меньшей мере, ещё сотни лет. Ты «родился в рубашке». Счастливчик! То, что ты сейчас создашь, экономисты будут изучать и применять веками.

–

Ты прав. И это было бы очень здорово, если бы не было так грустно.

–

А в чём проблема?

–

Проблема в том, что эта грёбаная социалистическая экономика работает без наличия какой бы то ни было информационной основы. Надёжность информации зависит не от её источника, а от уровня этого источника в иерархии государства. А коль скоро основополагающая экономическая информация рождается в производстве и на рынке, а не в государственной надстройке, то такой информации вообще нет. Есть фантазии составителей отчётности. Но нет самих отчётов. Они уже давно стали ненужными для управления экономикой. В стране появились предприятия и целые отрасли, о которых государству ничего не известно. В то же время у государства есть огромное количество самых современных и прибыльных предприятий, которые на самом деле могут представлять собой контору «Рога и копыта». Знакомо?

–

Подожди. А как же плановое хозяйство?

–

Никак. Планы пишутся для близира. Затем, по этому близиру, с учётом «непредусмотренных событий и расходов» составляется отчётность. А как в реальности жила экономика – никто не знает.

–

Ну, хотя бы какой-то процент реальной информации об экономической ситуации в государстве есть?

-

Да. Порядка 20 процентов.

–

Что?! – Вадим чуть не выронил руль из рук. – Ниже 95-процентного уровня информация считается сомнительной! Двадцать процентов – это реальный нуль!

–

А я тебе о чём? Вот такая беда. Так что никаких методик у меня получиться не может. Не из чего. Всё. Приехали. Спасибо! – Хволес вышел из машины.

–

Не за что. А ты интересный, Хволес! – весело крикнул Вадим вдогонку удаляющемуся другу детства.

–

Слушай! – обернулся друг детства. – Чего это ты меня Хволесом зовёшь?

–

А как?

–

Дима я! Дима.

–

Чтоб я помер… Впервые слышу. Вот это номер. Всё, Хволес! Отныне ты Дмитрий. Дай, Бог, не спутать.

Не было. Ничего не было. Никаких признаков предательства, надувательства, воровства, обмана со стороны Кроха – не было. Почему тогда Вадим так уверенно ожидал разрыва со своим партнёром? Каждый раз, когда он думал об этом, перебирая в уме все события, то непременно завершал признанием:

–

Наваждение какое-то! Идея-фикс.

Но не проходило и нескольких дней, как Вадим вновь возвращался к этому анализу и вновь ругал себя, называя маньяком.

–

Если болен манией преследования, – лечись, – завершал он поток своих мыслей.

–

Вадим Сергеевич, – звонила секретарша, – Кирилл Владимирович просил узнать, когда у Вас будет время, чтобы принять его.

–

Да хоть сейчас. Жду.

Кроха появился буквально мгновенно.

–

Привет, капитан!

–

Привет, Кроха!

–

Вот, – Кроха положил на стол папку, – ты просил проекты по предложениям Лиса.

–

Какого Лиса?

–

Твоего компаньона. Морозова.

–

А. Ну, да.

–

Подписывай.

–

Ознакомлюсь, подпишу. А вы подписали?

-

Он подписал.

–

А ты? Ты ведь автор.

–

Не-а. Я исполнитель.

–

Подпиши, как исполнитель.

–

Хорошо, но тогда я вымараю «Рекомендации».

–

А что? Ты с ними не согласен?