Эптон Синклер - Жатва Дракона

Некоторые из более крупных судов, направлявшихся в порт, должны были отклониться от прямого курса и пойти по тому, что был отмечен буями, поскольку противник набросал мины повсюду и продолжал забрасывать, как только обнаруживал новый канал, отмеченный буями. И всё начиналось по-новому. Такова война. Атака и контратака, один комплект мозгов против другого, и победа достается лучшему. А действительно ли лучшему? Идеалист, сидевший в Ланни Бэдде, все спрашивал, пытаясь понять, как обе группы мозгов могли бы объединиться против своего общего врага, слепых сил природы. Даже среди ада Дюнкерка, Ланни все думал об этом! Когда он озвучил это, Рик сказал: "Я не буду объединяться с каким-нибудь нацистским мозгом!"

Маленькие лодки в гавань не входили. Маленькие лодки могли приблизиться к пляжам, где вода была неглубокой, и люди могли отойти вглубь в некоторых местах на полкилометра, прежде чем вода доходила до шеи. Приказания Гару были краткими: "Идти туда, где есть люди на берегу, и вывезти их оттуда и пересадить на ближайшую большую лодку". Они медленно двинулись мимо мола и на восток, где простирался красивый широкий пляж, на котором дети строили песчаные замки, а мужчины и женщины загорали в скудных купальных костюмах. Теперь весь пляж был переполнен людьми, одетыми хаки. Столько людей, подумал Ланни, я никогда не видел в одном месте за всю свою жизнь. Но затем он вспомнил Партийный съезд в Нюрнберге, где более миллиона нацистов были собраны на большом аэродроме на одной из тех демонстраций, которые изобрел гений фюрера и его доктора Геббельса. Теперь те же самые люди из Нюрнберга были здесь, обстреливая и атакуя день и ночь. Они пикировали сверху с устрашающим воем, расстреливая из пулеметов своих врагов, которые стояли и умирали, потому что им некуда было идти, и больше ничего не оставалось делать.

Насколько глаз мог видеть, на пляже было темно от людей, и они образовывали толстые линии, уходящие в волны, обозначающие присутствие песчаных отмелей. Всю ночь они прятались в дюнах, но теперь увидев корабли, и вся сила люфтваффе не могла удержать их от воды. Они шли почти три недели и сражались, и многие были ранены и в крови. У всех были признаки усталости, изможденные лица, красные веки, дрожащие губы. Некоторые спотыкались, и не могли подняться, их поддерживали их товарищи.

Ланни и Рик нашли работу достаточно быстро. Впереди них шёл буксир хорошего размера, буксируя позади него кучу всего, что держалось на воде и могло претендовать на название плавсредство. Буксир подошёл к берегу как можно ближе, а затем бросил якорь. Капитан обратился к Ланни: "Сэр, вы можете сэкономить много времени, если вы возьмете этот буксирный караван". Гар получил подкрепление, и буксируемые плавсредства быстро заполнились гребцами с буксира, по одному для каждое. Двигатель Гара вспенил воду, и куча лодок медленно пошла к пляжу. Люли на отмелях стали приближаться, многим вода доходила до шеи. И когда лодки были распущены, гребцы начали вытаскивать людей. Не было никакой паники, никакой путаницы. Младший офицер взял на себя командование и отдавал приказы. Они принесли раненых и отправили их в первую очередь. Каким бы ни было число гребцов, это число было ограничено, и лодки вернулась к буксиру. Когда буксир был загружен, он переместил груз на один из пароходов, а затем вернулся обратно.

XII

Так продолжалось весь день без перерыва. Наверху появлялись армады вражеских бомбардировщиков, ливнем падали бомбы, и время от времени они попадали в судно, иногда оно горело, иногда погружалось в воду. Спасать приходили небольшие лодки. Оставшихся в живых перемещали на другие суда. Дальше по берегу в маленьком месте под названием Ньюпор были спрятаны батареи противника, стрелявшие 150 миллиметровыми снарядами в скопления людей на пляжах и на молу. Но никто не обращал на это особого внимания, а просто продолжали свою работу. Когда прилетели британские истребители, люди поднимали головы на мгновение. Когда бомбардировщик падал и ударялся об воду и взрывался, то к фейерверку добавлялся еще один удар. "Хорошая работа!" – говорил Рик, усмехаясь. Ветер милостиво затих, и он проглотил немного бисквита между заполнением тавотниц своего двигателя. "Не теряйте духа!" – обратился он к спасенным, а они показали ему свои большие пальцы и ответили: "Дайте нам еще раз пойти на них!"