Роберт Ирвин - Орхан [litres]

И вновь томимая жаждой гадюка вползла внутрь, дабы вдоволь напиться в «Таверне парфюмеров».

Потом Перизада поднялась с Орханова лица и принялась искать его халат и ключ от кандалов. Когда Орхан пришел в себя и оделся, она взяла его за руку.

– Мы никому не расскажем всей правды о том, что произошло, – даже Анадиль. Императорским наложницам не пристало знать о подобных вещах. Однако тебя необходимо привести в порядок. Пора отправляться в баню.

Один великий философ однажды заметил, что связь с хорошенькой наложницей подобна урокам истории. И то, и другое доставляет бесконечное наслаждение, но ни то, ни другое ничему не учит. За дверью ждала Анадиль. Она была в розовом платье и перчатках, а в руке держала зонтик от солнца.

Едва Орхан оказался в пределах слышимости, как она заговорила:

– Вот и ты наконец! Ты что, резвился с одной из служительниц зоопарка? Все принцы одинаковы. Те тоже были похожи на животных, а когда выходили из Клетки, думали только о том, как бы потереться плотью о плоть. Я полагаю, что мы, девушки гарема, призваны обучать вас, мужчин, искусству более возвышенной любви.

И она протянула ему свою затянутую в перчатку руку для поцелуя.

– И не поднимай голову. Не люблю, когда на меня постоянно смотрят. Если мы идем рядом, ты должен говорить о том, какая я привлекательная, а можешь и скромно предлагать мне свои услуги.

Идя рядом с Анадиль, Орхан чувствовал, как его окутывает запах ее духов. Она сказала ему, что это иланг-иланг. Он решил, что духи пахнут смертью – надгробными плитами, толстыми коврами, похоронными песнями и горящими курильницами, – пахнут горько и зловеще. Перизада, шедшая впереди, сказала, что кратчайшая дорога к бане пролегает через конюшни, но Анадиль не послушалась ее совета, заявив, что путь Перизады только заведет их еще дальше в глубь зоопарка. Так что Анадиль показывала дорогу, попутно читая Орхану наставления по поводу тренировки взгляда и о том, как ему продвинуться из мирской сферы секса в священную сферу любви. Слушал Орхан вполуха. Он любовался округлыми бедрами Перизады и ее вихляющей походкой.

Свободной ладонью Анадиль похлопала его по руке:

– Надеюсь, ты насладился сексом со служительницей зоопарка. Отныне и до самого твоего смертного часа больше никакого секса не будет… А что, та девушка была так же привлекательна, как я?

– Нет.

– Ответ неправильный. Ты должен указать, в каких именно отношениях она не так привлекательна, как я.

Дабы угодить Анадиль, Орхан покорно составил перечень комплиментов, но взгляд его был устремлен на Перизаду, а мысли вновь витали где-то далеко. Что-то из сказанного Рокселаной будило в нем дурные предчувствия, но он не мог вспомнить, что именно. Впрочем, уже все будило в нем дурные предчувствия – духи́ Анадиль, ее упоминание о его смертном часе, запустение в гареме. Вдалеке послышалось жутковатое пение евнухов. Но путь, которым они шли, – по узким коридорам, тянувшимся между заброшенными гостиными и чуланами, – был совершенно безлюден. Идя там вместе с Анадиль и Перизадой, Орхан думал о той манере, в которой женщины выставляли перед ним напоказ свои тела, и о неумолимой череде соитий и телесных наказаний… Ему казалось, будто гарем – всего лишь плод воображения принцев из Клетки. Будто гарем был создан из чего-то не более материального, нежели сексуальные фантазии мужчин, ставших его узниками.

Они дошли до узкого Прохода Карликов, по обе стороны которого стояли домики для придворных карликов, напоминавшие собачьи будки. Анадиль заглянула в несколько будок, чтобы посмотреть, нет ли дома карликов или членов их семей, но комнаты их тоже были безлюдны, да и вокруг не было ни души и некому было показать им дорогу. Хотя Перизада уже когда-то бывала в этом месте, она никак не могла вспомнить, как добраться оттуда до бани. Было уже совершенно очевидно, что они безнадежно заблудились, и Орхан не смог скрыть раздражения.

– На твоем месте я бы так не торопилась достичь места своего назначения, – печально молвила Перизада.

– Перизада права, – сказала Анадиль. – Дыши воздухом и наслаждайся сменой обстановки. Мы совершаем приятную прогулку.

Однако, сделав еще несколько шагов по проходу, они обнаружили, что путь им преграждает гигантская фигура, возвышающаяся над будками карликов, – черная, в черных халате и тюрбане, с ятаганом в руке. Человек одарил их чудовищной улыбкой:

– Анадиль, дорогая!