Саймон Терни - Калигула

В февральские календы я высадилась в доке речного порта Рима. Тошнота подступала к горлу, и не морская болезнь была тому виной. Много месяцев я мечтала уехать с Пандатарии, а теперь, вновь ступив на мостовую Рима, тосковала по своей тюрьме, где можно было оставаться в неведении. На самом деле я предпочла бы оказаться где угодно, только не здесь.

Мы пошли пешком. В порту меня ждал паланкин, но я отмахнулась от носильщиков. Все-таки я в Риме. Хотелось ощутить под ногами истертые, потрескавшиеся булыжники. Я хотела пить запахи и звуки. А еще… убежать. Но не могла. Рассказа недостаточно. Мне необходимо было увидеть все своими глазами. А до тех пор все эти события – лишь слова. Ничего этого для меня пока не случилось.

В сопровождении преторианцев, наступающих мне на пятки, мы миновали Велабр и двинулись по Этрусской улице к Форуму. По левую руку впереди виднелись высокие храмы на Капитолии, а справа – крутой склон Палатина. На вершине древнего холма, с восточного края, протянулся дворец императора. Стелла предложил короткий путь по Лестнице Кака, ведущий от подножия прямо к Большому цирку, но я отказалась. Мне нужен был длинный окольный путь. Но какая ирония: свое самое первое путешествие по Риму, еще младенцем на руках у матери, я совершила почти по такому же маршруту. Мои глаза непроизвольно стали искать радугу. Казалось, что и она должна появиться здесь, но нет: боги изгнали из моего мира все краски. Все, кроме багрянца разлитой крови.

Вот осталась позади базилика Юлия, и мы оказались на площади Форума. Новая постройка моего брата обрела завершенность: она поднималась от фронтона храма Диоскуров и по дуге заходила на мост внушительных размеров, чтобы встретиться с просторной крытой галереей дворца. Эта величественная конструкция стала новой доминантой Форума. Мне было странно, что я вижу ее впервые. Но все правильно: ведь в последний раз я была на Форуме полтора года назад. В остальном великая площадь не изменилась.

Если не считать общего настроения. Люди на Форуме выглядели подавленными и несчастными.

Пройдя под большим мостом и нырнув под широкую арку, мы вышли на Новую дорогу, стиснутую рядами лавочек. В те годы, когда мы жили там в качестве любимых сестер славного золотого принца, тут всегда бурлила жизнь и шумело веселье. Теперь улица напоминала мавзолей. Пока я шла по ней, она смотрела на меня бельмами мертвых окон.

И вдруг я увидела нечто, что заставило меня замереть, не чувствуя под собою ног.

Посреди мостовой стоял Виниций в окружении преторианцев.

Я была совершенно сбита с толку. Его охраняет та же элитная гвардия, которая охраняла моего брата? Или он арестован? Правда, большой разницы тут нет, поскольку преторианцы поднимали на императора меч не реже, чем на его врагов… Ответ на свой вопрос я получила, когда супруг сделал шаг вперед, а преторианцы остались стоять на месте. На муже были дорогие, но строгие одежды. От зимнего холода его оберегала накидка, а лицо скрывала тоскливая маска вины. Во мне кипела ненависть к нему. Меня охватило желание броситься ему навстречу и утонуть в его объятиях. Но теперь это объятия убийцы, вот почему они стали мне отвратительны, как бы ни любила я сердце, что управляло ими.

Виниций сделал еще несколько шагов:

– Ливилла…

Не в силах больше смотреть на его безжизненное лицо и захваченная водоворотом противоречивых эмоций, я прошла мимо него и даже не подала виду, что заметила. Аррунций Стелла вместе со своими людьми маршировал за мной. Тогда Виниций развернулся и бросился следом. Я хотела крикнуть, чтобы он оставил меня. Хотела прижаться к нему, выплакаться, уткнувшись лицом в его плечо. А еще – выцарапать ему глаза. В то утро я любила Виниция и, о боги, проклинала. Думаю, меня трясло, и со стороны я выглядела как злой дух лемур, пришедший в мир людей за новыми жертвами.

– Ливилла, не нужно так делать… – донесся сзади хриплый голос мужа.

Не оборачиваясь, я холодно ответила:

– Я тебя тоже просила так не делать.

Мы шли вперед, взбираясь на Палатин по более пологому северному склону и огибая императорский дворец. Холм за рядами лавок превратили в огромный временный театр: из досок сколотили ограждения и проходы, на краю Форума возвели сцену, а на самом склоне установили места для зрителей. Во время праздника в честь Божественного Августа здесь проходило выступление, и заднюю стенку завесили пурпурными и белыми полотнищами.

Через арку входа мы вошли в этот театр, оседлавший дорогу к дворцу. Оказавшись в гигантском зрительном зале под открытым небом, я замедлила шаг. Кроме меня и преторианцев, тут не было ни единой души. Что за спектакль здесь разыгрывали, я не имела понятия. Прошел уже не один день с тех пор, как он закончился.