Якоб Тик - Зигфрид

Женщина опечалилась. Некоторое время она молчала.

— Жизнь имеет предел, — произнесла она наконец. — Короткая она или долгая, исход один, с этим ничего не поделаешь. Но я разыскиваю одного человека. Неужели я умру, не повидавшись с ним?

— Ты с ним встречалась, — сказал Хакуд.

— Нет, не встречалась я с ним. Мы расстались, когда он был совсем младенцем. Он, наверное, совсем не помнит меня, да и я почти не помню лица его. Мы можем пройти мимо друг друга и не знать об этом…

— И все-таки вы встречались, — упрямо сказал Хакуд. — И больше я ничего не скажу.

— Это был мальчик, — проговорила женщина. — Ему и четырех не было, когда мы расстались…

«Неужели она?» — затаив дыхание, подумал Коскэнд. Он подошел поближе к женщине.

— Простите, госпожа, — сказал он дрожащим голосом. — Позвольте задать вам несколько вопросов… Я не знаю, кто вы такая, но вот вы сказали сейчас, что расстались с четырехлетник мальчиком… Не сестра ли вы вассала короля?

— Откуда вы все это знаете? — изумленно спросила женщина. — Да, так оно и есть!

— И ваше имя — госпожа Рита, и вы вышли замуж за господина Куро, вассала короля, а затем с ним разошлись…

— Вы угадали даже имя мое… Какое мастерство! Верно, вы ученик господина Хакуда?

Коскэнд подошел к ней вплотную.

— Вы совсем забыли меня, матушка, — произнес он. — Мы расстались с вами девятнадцать лет назад, когда мне было четыре года… Ведь это я, ваш сын Коскэнд.

Женщина отшатнулась.

— Что?.. Как?.. Вы мой сын? Коскэнд?

— Я же говорил вам давеча, что вы встречались, — проворчал Хакуд.

— Как это неожиданно… — говорила Рита, утирая счастливые слезы. — Словно во сне… Какой ты стал большой, красивый! Ну конечно, как мне было бы узнать тебя, если бы мы и встретились?..

— Поистине, это воля богов свела нас вместе, — сказал Коскэнд. — Как я тосковал по вас, матушка! Я узнал, что господина уже нет в живых, и никто не мог сказать мне, куда уехали вы… Нет, думаю, все равно найду ее! И вот надо же, мы встретились… Вы живы и здоровы, это самое главное… Кажется, никогда я не был так счастлив!

— Да, я тоже счастлива… Но ты, верно, в обиде на меня?

— Послушайте, — вмешался Хакуд. — Меня эти ваши разговоры не интересуют нисколько. Я понимаю, вы девятнадцать лет не виделись, поговорить есть о чем… Мое дело сторона, но, по-моему, лучше будет, если вы пойдете разговаривать куда-нибудь в другое место, хотя бы в харчевню какую-нибудь. Есть же у вас о чем поговорить с глазу на глаз…

— Вы правы, конечно, — сказал Коскэнд. — Большое вам спасибо за все, что вы сделали для нас… И можно только поражаться мудрости настоятеля и вашему мастерству.

— Мастерство мое здесь ни при чем. Все свершилось волею судеб, так что платить мне не надо. Ступайте себе… Что? Хотите заплатить? Ну что же, не откажусь.

— От всего сердца благодарю вас, — сказала Рита. — Коскэнд, нам действительно надо о многом поговорить. Давай сделаем так… Я остановилась на постоялом дворе замка. Я пойду вперед и отошлю слугу за покупками, а затем придешь ты, так, чтобы он тебя не заметил…

— До чего же вы рады, наверное… — проговорил Хакуд.

— Хорошо, давайте так и сделаем, — согласился Коскэнд. — Я незаметно последую за вами, матушка…

Он достал из-за пазухи сверток с деньгами, с благодарностью положил перед физиогномистом, попрощался и вышел следом за матерью. Дойдя незаметно до ворот замка, он подождал, пока не вышел посланный за покупками слуга, и попросил служанку показать покои Риты. Мать уже ждала его.

— Входи, входи! — воскликнула она. — Сядь здесь, ближе ко мне. Дай поглядеть на тебя… Какой ты стал, просто чудо! У меня все перед глазами твое лицо, когда ты был ребенком, а теперь ты стал так похож на отца! Просто красавец… Что отец, жив ли еще? При нем ли ты сейчас?

— В соседних комнатах никого нет? — осторожно спросил Коскэнд.

— Никого. Я здесь недавно, но уже знаю, что днем все уходят за покупками и гулять… Возвращаются только под вечер. А прислуга, наверное, спит.

— В таком случае, разрешите рассказать все по порядку… Вы расстались с отцом из-за его пьяного буйства в феврале, а одиннадцатого апреля он уже погиб — его зарубили перед лавкой оружейника Кото.

— И все его пьянство, — горестно сказала Рита. — Много я из-за него настрадалась… и все же ни за что не разошлась бы с ним, ведь ты был тогда такой маленький, мне было так жалко тебя! Но старший брат был человеком очень строгих правил. Заявил, что не позволит мне жить с таким негодяем, не разрешит мне любить мерзавца, которого господин выгнал за пьянство со службы… Он насильно и бесцеремонно разлучил меня с твоим отцом. Я же нигде и никогда его не забывала… Кто же воспитал тебя, когда отца не стало?