Дэвид Гилман - Бог войны

– Я не выдам его наемникам, – сказал д’Аркур, – даже с королевским ордером.

Чувство благодарности и облегчение буквально захлестнули Блэкстоуна.

– Делай что хочешь, но на решение у тебя остается едва ли пара дней. Ты сказал Томасу, какую роль ему предстоит сыграть в наших планах?

Вот оно, понял Блэкстоун, силок, удерживающий его, затягивает сам великий браконьер.

– Еще нет.

– Тогда и не говори. Если его схватят, он может довести до виселицы всех вас до единого. Ладно, давай остальных сюда; я расскажу им об Эдуарде под Кале и попытаюсь удержать на своре, доколь фортуна не облагодетельствует нас снова. Я бы не рассчитывал, что они помогут тебе защитить Томаса.

Блэкстоун как можно тише выбрался с галереи и по лестнице в нижний коридор. Он слышал достаточно. Эти люди состоят в заговоре, и надо выяснить, что они уготовали для него. Он пока не знал, как это выведает, но когда выведает, то заберет Христиану в Кале и снова будет служить королю Эдуарду.

Прибытие сэра Готфрида вызвало лихорадочную суматоху, а заодно всполошило слуг и караульных на стенах. То, что ему позволили беспрепятственно войти в замок, показало, что Жан д’Аркур допускает союзника английского короля в сердце его врага.

Увидев Блэкстоуна, шагающего через колоннаду, Мёлон поднял руку, чтобы привлечь внимание, и когда тот остановился, бросился к нему бегом.

– Мессир Томас, не можете ли поведать, что происходит? На нас нападут англичане?

– Нападения не будет, Мёлон. – Томас помялся. – Это дело семейное.

– Ходят слухи, что господину д’Аркуру грозит опасность со стороны нашего короля. Кое-кто из слуг поговаривает, что сэр Готфрид в сговоре с другими баронами.

Схватив его за руку, Блэкстоун развернул Мёлона спиной к солдатам, стоявшим на стене, глядя на них.

– Ты их капитан. Ты знаешь не хуже меня, что слухи могут раскалывать людей. Приструни их. Господин полагается на тебя, как и раньше.

Мёлон кивнул. Объяснение англичанина его не порадовало, но он принял его.

– И если услышишь какие-нибудь кривотолки, побей их. Защити своего господина и его семью от подобных пересудов и поставь слуг на место. – И когда Блэкстоун отдавал эти приказы, внутренний голос сказал ему: «Ты, простолюдин, велишь солдату побить слугу». Отринув самоосуждение, он развернулся. Христианы нигде не было видно; должно быть, она с женщинами, скорее всего, с графиней, так что пытаться разыскать ее бессмысленно. Бароны потянулись в большую залу, и к моменту выхода сэра Готфрида час спустя кони уже освежились и были приготовлены припасы на обратную дорогу. И снова Жан д’Аркур сопроводил дядюшку до главных ворот в окружении телохранителей сэра Готфрида. Блэкстоун увидел Бланш и Христиану, выходящих из боковой двери, и призыв госпожи заставил сэра Готфрида приостановиться.

– Бланш, прости, сейчас некогда.

Христиана осталась позади, когда Бланш д’Аркур ступила вперед, чтобы расспросить его.

– Сэр Готфрид, похоже, вы всегда приносите в мой дом невзгоды. Моя семья в опасности?

– Бланш, – встрял Жан, раздосадованный ее вмешательством. – Мой дядюшка уезжает, не задерживай его.

Но вздорная графиня не сдалась.

– У меня малые чада, да и другие фамилии у меня в гостях. Так что если опасность следует за вами по пятам, я должна знать ничуть не меньше, чем мой господин и муж. – Она чуть вздернула подбородок, словно провозглашая собственный ранг. – Я имею право.

Блэкстоун подобрался поближе к старому воину, желая, чтобы тот его заметил.

– Для вас или вашей семьи нет никакой опасности, – ответил ей Готфрид, – даю вам слово. Угрозе подвергаюсь я, и прибыл я помочь Жану. Вы должны мне верить.

Она посмотрела на него долгим взглядом, а потом кивнула в знак благодарности.

– Спасибо.

Поглядев мимо нее, сэр Готфрид увидел Христиану. И, как и прошлый раз, на глазах у Блэкстоуна этот закаленный рубака смягчился.

– Дитя, иди сюда.

Исполнив приказание, Христиана преклонила перед ним колено.

– Ты расцвела с тех пор, как я видел тебя в последний раз, и я скажу тебе то же, что говорил твоим заступникам: здесь ты в безопасности.

– Спасибо, сэр Готфрид, за вашу доброту и добрые пожелания.

– Я хорошо знал твоего отца, и хотя сражались мы на разных сторонах, это я сказал ему отослать тебя ради безопасности к графине. Так что я рад, что хоть одно из принятых мной решений было правильным.

Не ведая о трудностях, постигших сэра Готфрида, она не углядела в этом комментарии особого смысла.